Книга Холодное сердце, страница 72 – Кристина Лин

Больше всего я ждал информацию из свидетельства о рождении. И только вечером мне на почту пришли документы. Фамилия отца, как и его имя, мне не говорили ни о чем. Глянул дату рождения, и стал считать. Если отсчитать девять месяцев, то как раз тогда у нас был роман. Разве могла она тогда встречаться еще с кем-то? Нет, это невозможно. Я приходил к ней каждый день. Рита, конечно, уникальная женщина, но даже ей не под силу находиться одновременно в двух местах. А, значит, малышка — моя дочь.

У меня есть дочь, а я узнаю об этом вот так, совершенно случайно. Она ничего мне не сказала тогда. И молчала теперь. Почему? Разве я не имею право знать?

Я никогда не был идеальным, возможно, у меня хватало недостатков. Но отказываться от своего ребенка я бы не стал. Почему она мне не сказала?

К тому, что она все решает сама, ни с кем не советуясь, я уже привык. И в этот раз она точно так же сама все решила. И что-то мне подсказывает, что, если бы не инсульт отца и эта случайная встреча сегодня, я так и не узнал бы о ребенке.

Злость на грани с отчаянием разлилась по венам. Все, чего мне хотелось, это найти и разорвать стерву на части. Всегда сама по себе, она не хочет понять, что теперь ведь речь не только о ней одной, ребенку нужны оба родителя. А она все решила и за меня, и за малышку.

Не помню, как оделся и вышел из дома. Ехал в машине, а потом вышел, остановившись возле ее двора. Знакомую фигурку на детской площадке я узнал издалека. Я шел к ней, и все, о чем думал, это — каким способом придушу эту дрянь? Вечно она должна побеждать, даже, если при этом речь идет о жизни маленького ребенка. И теперь я со злорадством думал о том, что она всегда на высоте, даже тут она меня сделала. Как же я ее теперь ненавидел!

Словно почувствовав мое приближение, она повернулась, и на миг я увидел страх в карих глазах. И сейчас мне это понравилось. Хотелось, чтобы она боялась, потому что она заслуживала наказания. Я подошел еще ближе, и такой знакомый аромат ее духов заполнил легкие. Руки сжались в кулаки, жаль, что не на ее шее. А потом легкое касание к моей ноге вышибло разом весь воздух из легких.

Я посмотрел вниз и увидел, как малышка цепляется за мою ногу. Еще и что-то бормочет, такая смешная и маленькая. Она посмотрела на меня своими синими глазами, точно такими, как у меня. И вся злость куда-то делась. Наклонился и подхватил ее на руки, а, когда она доверчиво прижалась к моей груди, понял, что не отдам ее. Что бы там Марго себе не надумала!

Рита взяла у меня ребенка и пошла в дом, а я поплелся за ними.

Смотрел, как она укладывает ребенка спать, рассказывает сказку и малышка зевает, а потом глазки ее закрываются. И думал о том, сколько всего я пропустил. Сколько было за два года таких моментов, когда меня не было рядом. Просто потому, что гордость не позволила ей сказать о том, что я нужен. Два года назад она сделала мне очень больно, но то, что я чувствовал сейчас, невозможно было даже сравнить. Тогда мне казалось, что хуже уже быть не может. Оказалось, что еще как может.

Когда девочка уснула, мы зашли в кухню, Рита тихо прикрыла за нами двери. Она молчала, а я хотел объяснений. Хоть и понимал, что никакими объяснениями ее поступок не оправдать.

— Почему ты не сказала мне? — этот вопрос вертелся на языке весь вечер, пришло время его озвучить.