Книга Девушка в муслиновом платье, страница 76 – Джорджетт Хейер

— Прошу к столу, дитя мое!

Аманда встала с явной неохотой и, когда заняла место за столом, бросила на своего опекуна обиженный взгляд, чем весьма удивила мистера Росса. Ему ничего не оставалось, как предположить, что между ними произошел какой-то разлад. Это предположение почти сразу подтвердилось, когда сэр Гарет не позволил Аманде сходить за котенком. Едва она заняла место за столом, как поднялась и заявила, что хочет принести в буфет Джозефа, чтобы он поел вместе с ними. Она уже хотела выйти из-за стола, но сэр Гарет схватил ее за запястье:

— О нет! Не стоит!

Он произнес эти слова вполне дружелюбно, но Аманда вдруг вспыхнула, попыталась вырвать руку и заговорила тихим, дрожащим от волнения голосом:

— Я не хотела… Я даже и не думала о том, чтобы… Отпустите меня!

Он отпустил ее руку, но тоже встал и, положив руки ей на плечи, заставил сесть. Руки его какое-то время оставались на ее плечах.

— Вы сможете поиграть с Джозефом после обеда, – сказал он. – Здесь, полагаю, мы обойдемся без него.

После этого сэр Гарет вернулся на свое место и спокойно, как будто ничего не случилось, заговорил с Хильдебрандом.

Хильдебранд, оказавшийся невольным свидетелем этой странной сцены, в более спокойной обстановке наверняка высказался бы против того, чтобы котенка привели в буфет. Но сейчас, видя перед собой обиженное лицо Аманды, он не мог оставаться беспристрастным. Она сидела, опустив глаза и прикусив свою очаровательную губку. Щеки ее все еще пылали. Глядя на эти страдания, мистер Росс находил поведение сэра Гарета излишне строгим и даже в какой-то мере деспотичным. Однако он помнил, что и сестры его, когда что-то расстраивало их планы, вели себя почти точно так же, и решил, что Аманда успокоится, если просто не обращать на нее внимания. Поэтому он решительно отвел от нее взгляд, повернулся к сэру Гарету и стал слушать, что тот говорит.

Тем временем Аманда, отказавшаяся от супа, с трудом сдерживала свои чувства. Мистер Росс был совершенно прав, когда подумал, что ей неприятно было возвращаться в убогую реальность. Слушая его замечательные истории о королеве Екатерине, она забыла об опасностях, подстерегающих ее в будущем. Голос сэра Гарета вернул ее к действительности, и весь ужас ее положения предстал перед ней с такой явственностью, что она едва не расплакалась. Ею овладело горькое чувство безысходности. И то, что сэр Гарет – первопричина всех ее бед – находился, как всегда, в веселом расположении духа, – удручало ее еще больше. Ее злило, что он обращается с ней как с ребенком, у которого не может быть серьезных забот и переживаний. Она даже собиралась вначале отказаться от обеда, но, к досаде своей, обнаружила, что подчиняется его вежливым, но настойчивым требованиям. Она не понимала, почему так происходит, но иначе поступать не могла. Потом он не позволил ей сходить за ее милым котенком, заподозрив, что она снова захочет сбежать. Так как у нее и в мыслях этого не было, его поведение показалось ей верхом несправедливости и переполнило чашу терпения. И сейчас, вместо того чтобы попытаться ласковыми словами загладить вину за нанесенное ей оскорбление и уговорить ее съесть суп, как, несомненно, поступил бы ее дед, он отвернулся от нее и как ни в чем не бывало разговаривает с мистером Россом. К подобному обращению она не привыкла. Даже Нил, который никогда не подлизывался к ней, если она бывала чем-то раздражена, не подвергал ее такому остракизму.