Книга Под мраморным небом, страница 58 – Джон Шорс

Мой первый серьезный провал, если можно так выразиться, случился на третьем году строительства мавзолея. Помимо собственной воли я оказалась вовлечена в одно судебное разбирательство. Преступление совершил алчный торговец. Его уличили в том, что он взвешивает зерно покупателям на весах с утяжеленным грузом. В результате те, кого он обманул, потребовали для него наказания. Таким образом, сам торговец и все, кто знал про его умысел, в том числе его двенадцатилетний сын, были приговорены к смерти.

Казнь проходила в одном из самых больших дворов Красного форта, где собрались представители знати и простолюдины; они расположились по кругу. Посреди двора возвышались три боевых слона, украшенные церемониальными шелками. Специально обученные калечить и убивать, эти животные беспокойно переступали ногами, оказавшись окруженными шумной толпой. Перед гигантами на коленях стояли шесть преступников. Раздался барабанный бой, зрители подались вперед. Торговец стал молить о пощаде, напуганный мальчик громко заплакал.

Отец, Дара и я сидели в беседке на возвышении, откуда просматривался весь двор. На одном из слонов сидел Аурангзеб. Мой брат уже несколько лет участвовал в боевых действиях и имел вид закаленного воина. Он был в кожаных доспехах; на его подбородке выделялся шрам, оставшийся от раны, полученной в результате взрыва, от которого погибли многие из его солдат. Он гордился своим шрамом и не пытался скрыть его под бородой.

Аурангзеб взял в привычку есть сырой лук, и сейчас, сидя на своем любимом животном, он тоже грыз луковицу. Я по собственному опыту знала, что лук раздражает глаза тех, кто находится рядом с Аурангзебом. А мой брат любил доставлять неудобства и обязательно жевал это растение с резким запахом в присутствии тех, кто ему не нравился. А ему, за исключением нескольких человек, не нравилась вся империя. Как ни странно, на самого Аурангзеба лук не действовал.

Балкхи, телохранитель Аурангзеба, тоже сидел на слоне. Мы все уже знали о его зверствах, и даже те из нас, кто обладал властью, старались не попадаться ему на глаза. Это был самый настоящий головорез, а головорез, которому Аурангзеб предоставил полную свободу действий, был воистину опасен.

Отец ненавидел подобные зрелища, но понимал, что без них не обойтись. Он велел привести наказание в исполнение. Такие казни не были редкостью, так как считалось, что тот ужас, который испытывают преступники, служит хорошим уроком для любого, кто замышляет серьезное преступление. Толпа знала, что должно произойти. Некоторые проклинали торговца и его людей, другие бросали в них гнилыми овощами.

По просьбе отца я тоже присутствовала при казни. Испытывая отвращение к тому, что сейчас произойдет, я внимательно наблюдала за Аурангзебом. Он сидел на шее слона, держа в руке шест с острым крюком на конце. Этим крюком, которым можно было проткнуть толстую кожу животного до крови, он дергал слона за уши. Аурангзеб яростно дернул слона за левое ухо. Тот взревел и дернул головой влево. Торговец, стоявший на коленях перед слоном, завопил. В паху у него расплывалось темное пятно. Слон бивнем сбил его с ног, потом своим мощным хоботом поднял вверх. Колотя о хобот руками, торговец кричал, моля о пощаде. Его голос сорвался на визг, когда Аурангзеб крюком зацепил ухо слона и рванул шест на себя. Слон взревел и, поднявшись на задние ноги, подбросил торговца в воздух. Тот всем телом ударился о землю при падении; одна его рука переломилась, словно ветка, на которую наступили ногой.