Книга Под мраморным небом, страница 191 – Джон Шорс

— Он и так свободен, – пробормотала я. А что такое свобода, есть ли она на свете?

Отец поднял сокола повыше, чтобы тот увидел мир за окном.

— Один он здесь жить не захочет. Забей окно, пусть найдет себе подругу.

Я кивнула, глядя на Акбара. Тот в свою очередь рассматривал меня. Вдруг сокол встрепенулся, предупреждая меня, что кто-то приближается к нашей тюремной камере. Он повернул голову к двери и, когда та начала отворяться, перелетел на стропило. Я ожидала увидеть Аурангзеба или кого-то из наших тюремщиков и охнула, узнав во входящей фигуре Ладли. Она была одета в черное одеяние – как персиянка. Все ее лицо, кроме глаз, скрывало плотное покрывало.

Едва дверь за Ладли закрылась, она поспешила ко мне. Я целую вечность не держала в объятиях Ладли и сейчас, когда она крепко обняла меня, заплакала. Мы молча прильнули друг к другу – так обнимаются только самые близкие подруги. Нас связывали иные чувства, нежели моя любовь к Исе и Арджуманд, но не менее глубокие.

Я убрала покрывало с лица Ладли и поцеловала ее в щеку. И только тогда заметила, что под глазом у нее синяк, а губы распухли.

— Он тебя избил, – прошептала я, жестом попросив отца последить за дверью.

— Он был в бешенстве, Джаханара. – Ладли опять опустила покрывало на лицо. – Безмозглый трус обвинил меня в том, что меня одурачил Кхондамир.

— А на самом деле это он остался в дураках!

— Я уйду от него, навсегда покину Агру. Больше не могу. Он... он изменил меня, я уже не та, какой была прежде. Я стала боязливой, слабой. – Из ее глаза скатилась слеза. – Прости.

— Простить? За что?

— За то, что бросаю тебя.

— Сколько раз ты спасала мне жизнь, Ладли? Два? Три раза? Ты меня не бросаешь. А если он снова причинит тебе боль, я умру.

Из коридора донесся какой-то шум. Ладли вздрогнула.

— Если он узнает, что я здесь, мы все погибнем. – Она быстро глянула на дверь. – После поражения от Шиваджи он утратил последние остатки разума.

Я склонилась ближе к подруге:

— От Шиваджи?

— Твой вшивый брат угодил в западню, преследуя Шиваджи. Тот заманил его в долину среди гор, которые были напичканы взрывчаткой. Говорят, горы сами рухнули на наших солдат. Мы потеряли четыре тысячи лучших воинов, и Аурангзеб, хромой, вернулся домой с позором.

— Шиваджи удалось уйти?

— Да. А вот султану Биджапура повезло меньше.

Мне понадобилось всего лишь мгновение, чтобы осмыслить ее слова.

— Султан погиб?

— Пушечное ядро снесло ему голову.

Я взволнованно захлопала в ладоши. Для меня это была самая радостная новость за многие годы. Ладли озадаченно на меня смотрела. Я быстро рассказала ей, как попали в плен Иса и Арджуманд.

— Его смерть все меняет, – прошептала я, постукивая пяткой об пол в возбуждении.

— Но кто же их отпустит? Деканцы нас ненавидят.

— Но не Шиваджи! – сказала я и затем поведала подруге про свой уговор с ним. – Он индус, Ладли. И хороший человек! Он освободит их, потому что только в этом случае сможет воспользоваться подземным туннелем, чтобы убить Аурангзеба.

— Значит, тебе снова придется каким-то образом бежать и пробираться на юг.

Я решительно тряхнула головой, ведь теперь все становилось на свои места. Я пошлю на юг Ладли, с Низамом.

— Нет, подруга. Туда отправишься ты. Прежде всего, ты индианка, поэтому Шиваджи будет доверять тебе больше, чем мне.