Книга Под мраморным небом, страница 175 – Джон Шорс

Всю свою жизнь я следовала рутинным удушающим правилам, придуманным другими людьми. Но сегодня я отвергла эти правила. Скинула сандалии, закатала штаны. Я не бегала, по-настоящему не бегала уже много лет. И теперь бежала, и это было восхитительно! Иса мчался рядом со мной и хохотал. Как же радостно мне было слышать его смех! Предложив, чтоб я поймала его, он устремился в воду. Я погналась за ним, зашла в воду сначала по лодыжки, потом по икры, потом по бедра. Волна накрыла меня, и я вдруг оказалась под водой. Вынырнув, я облизала с губ соленую пену, почувствовав сильный вкус.

Арджуманд и Низам присоединились к нам, и я вместе с дочерью стала брызгать на Ису водой, пока он не взмолился о пощаде. Потом мы стали плескаться. Море доходило мне до груди, и, когда волны поднялись вокруг меня, я испытала незнакомое ощущение невесомости. Я могла бы лежать на волнах, и море весело швыряло бы меня из стороны в сторону, будто игрушку. И я отдалась на волю волн, которые подхватили меня, подбросили. Изумленная, я широко улыбалась, чувствуя, как волны одна за другой возносят меня к небу.

Непонятно – почему дети резвятся в реке, а взрослые отказываются смотреть на мир их глазами? Почему мы не можем воспринимать простые радости жизни? Конечно, с годами становясь мудрее, мы вынуждены решать множество жизненных вопросов, но неужели при этом мы теряем способность ощущать радость и блаженство?

Огромная волна, гора среди холмов, накатила на нас, смела, и я вдруг почувствовала, что меня несет к берегу. Разбившись о берег, волна выбросила меня на песок. Я взвизгнула. При падении я ушибла ладони, но, откашливая соленую воду, я невольно улыбалась.

— Берегись! – крикнул Иса. Я оглянулась и увидела, что на меня катит еще одна волна. Она ударила меня, утянула под воду. Я барахталась, не понимая, где верх, а где низ. Когда мне уже казалось, что мои легкие лопнут, мне удалось наконец-то коленями упереться в песок. Я хорошо плавала, но сейчас вдруг мной овладела неуверенность – столь непривычна я была к таким волнам. Где тут можно стоять или плавать?

— Иди сюда! – крикнул Иса.

Я подошла к нему и, не спрашивая позволения, запрыгнула к нему на спину.

— Волны такие сильные! – воскликнула я, когда Иса подпрыгнул вместе с очередной волной.

— А ты их перепрыгивай, – сказал он с озорной улыбкой.

— Легко сказать! У тебя вон какие длинные ноги!

Арджуманд подкралась сзади к своей старой матери и, когда волна приподняла нас, забралась мне на спину. Волна ушла, и вдруг оказалось, что на Исе сидят верхом обе его женщины. Он покачнулся, и мы опрокинулись назад.

— Исааааааа!

Море поглотило мой голос. Очередная волна швырнула меня к берегу. Моя туника казалась невероятно тяжелой, и, хотя я все еще пребывала в повышенно-радостном настроении, у меня хватило благоразумия вернуться на мелководье. Дойдя до того места, где вода едва доходила мне до колен, я села, довольно наблюдая, как Иса кидает Арджуманд на волны, а Низам плывет в синюю даль. Я спросила Аллаха, есть ли такие моря в раю, и, не получив ответа, заключила, что они наверняка должны быть. Какой же тогда это рай, если там нет морей?

В исторических книгах говорится, что европейцы плывут в Хиндустан через бескрайние моря. Я покачала головой, восхищаясь подвигами мореплавателей. Если Ладли права, думала я, и человек проживает много жизней, возможно, я в своем следующем воплощении буду путешественником. Я стала бы называть острова в честь тех, кого я люблю, и, может быть, один земной уголок нарекла бы своим именем. Почему нет? В конце концов, все великие путешественники оставляют на карте свой след.