Книга Под мраморным небом, страница 173 – Джон Шорс

— На берегу моря? – спросила я.

— Это всего два дня пути, – ответил Шиваджи, вручая мне деньги.

— Но ведь султан дал мне всего два дня.

Маленький индус пожал плечами:

— Ахмед, конечно, не подарок, но и не такой уж он плохой, каким представляется. Я попросил, чтобы он дал вам неделю. Он наотрез отказался. Но потом я выпил с ним бурдюк вина, и султан согласился. – Шиваджи рассмеялся и добавил: – Ну, может, два бурдюка.

— Почему вы помогаете нам? – спросила Арджуманд.

— Потому что я хочу, чтоб мы были друзьями, а не врагами. Я убрала в карман монеты, что мне дал Шиваджи:

— Что помешает нам сбежать?

— Если сбежите, Ахмед лишит меня головы, независимо от того, хорошее было вино или плохое.

— И все же вы решили рискнуть?

Шиваджи едва заметно поклонился:

— Я становлюсь глупцом, когда рядом красивые... нет, умные женщины. Тем не менее лошади вас ждут. По возвращении, надеюсь, вы окажете мне честь и попрощаетесь со мной. – Военачальник бросил взгляд на Арджуманд и повернулся, собираясь уйти.

Я тронула его за плечо:

— Я буду молиться, чтобы мы с вами были друзьями.

— Пусть царства воюют, моя госпожа, а мы будем дружить.

Мы попрощались, и я поспешила наверх, чтобы поделиться радостной вестью с Исой и Низамом. Немного времени нам понадобилось на то, чтобы сложить наши скудные пожитки и покинуть Биджапур. Я и Низам тронулись в путь первыми, но сразу же за городом остановились. Ожидание было утомительным, и, охваченная беспокойством, я уже хотела вернуться в город за своими любимыми, когда они наконец-то появились. Ни Исе, ни Арджуманд не доводилось часто ездить верхом, так что трудно сказать, кто из них более неловко сидел в седле. Однако Иса и Арджуманд радостно закричали, когда увидели нас, и вскоре мы все вчетвером, пустив лошадей рысью, двигались на запад.

Почти все утро мы ехали через предгорья, окружающие Биджапур. С грустью я смотрела, как они исчезают из виду, но мысль о том, что скоро мы будем на берегу океана, пьянила. Никто из нас никогда не видел моря, и нам не терпелось добраться до Гоа. Низам двигался немного впереди. И все время внимательно осматривал округу, даже когда беседовал с Исой. Я и Арджуманд без умолку болтали. Я сто лет ни с кем так не разговаривала, да и вообще презирала сплетни, но, признаюсь, мне нравилось пересказывать дочери истории о жителях Агры, слышанные от посетителей, навещавших нас в заключении.

К вечеру мы почувствовали едва ощутимый запах моря. Для нас это был чужеродный запах. Создавалось впечатление, что где-то рядом находится огромная кухня, где пекут нечто ароматное. Поначалу я думала, мне это кажется, но мои спутники подтвердили, что их ноздри щекочет соленый воздух. Запах моря взбодрил нас, и, хотя Иса и Арджуманд морщились, сидя в своих седлах, мы все погнали лошадей быстрее.

После того как солнце закатилось за горизонт, мы еще некоторое время продолжали путь, а потом остановились и устроили лагерь. На ужин приготовили кичри – простое блюдо из чечевицы и риса. Долгих разговоров мы не вели, так как все устали, а нам предстояло и весь следующий день провести в седлах. Я и Иса легли рядышком на спальном ковре, согревая друг друга теплом своих тел.

На следующее утро мы рано тронулись в путь, подгоняя своих коней. Холмистый рельеф сменился равнинным, дорога стала шире. Ветер доносил до нас морской запах, и мы вдыхали его с наслаждением, будто дивные благовония. Деканцы, встречавшиеся нам на пути, нас не беспокоили. Они выглядели более довольными людьми, чем их братья, обитающие на востоке, и я подумала, что военные отряды Аурангзеба, возможно, пощадили эту землю.