Книга Невероятный сезон, страница 134 – Розалин Ивз

Папа любезно предоставил в ее распоряжение экипаж и грума, а горничная Мэри сопровождала ее. Грация затаила дыхание, когда вошла в лекционный зал, ожидая, что без мистера Левесона ей запретят быть здесь, но, хотя она поймала на себе несколько хмурых взглядов, никто ее не остановил.

Сэр Эдвард Хоум начал читать лекцию о прохождении яйцеклетки из яичников в матку у женщин, и Мэри почти сразу заснула, хотя Грация не могла понять, как возможно заснуть, слушая такую захватывающую лекцию. Сэр Эдвард Хоум рассказал, как открыл яйцеклетку, и, хотя Грации было жаль служанку, которая умерла ради того, чтобы его открытие стало возможным, лекция показалась ей увлекательной. Подумать только, наука лишь сейчас начала понимать женскую анатомию! Конечно, для функционирования рассматриваемой части не требовалось понимания – иначе в мире возникла бы острая нехватка детей, – но было странно и волнующе найти собственное тело объектом для научного исследования.

Грация запоздало осознала, что несколько джентльменов, стоявших рядом, украдкой бросали на нее взгляды. Некоторые открыто пялились, неодобрительно сдвинув брови.

О, боже. Ей казалось, она привела волосы в порядок. Но не слишком деликатно пригладив их, она убедилась, что с прической все в порядке. Тогда почему… О, возможно, они считали, что женская анатомия, особенно такая интимная, была неделикатной темой для молодой леди? Но это абсурд. Если у нее есть яичники, конечно, она может слушать лекцию о них.

Рисунки, которые демонстрировал лектор, тоже показались ей увлекательными. Грация пожалела, что не может рассмотреть их внимательнее, но, когда лекция закончилась и слушатели поднялись, она обнаружила, что между ней и докладчиком стоит мистер Левесон.

Его присутствие, возможно, и не помешало ей прийти сюда, но намерение избегать его оказалось гораздо сильнее, чем желание увидеть яйцеклетку вблизи.

Грация обернулась, обнаружив, что Мэри проснулась от шума, и потянула ее за руку, чтобы заставить встать и вый-ти из зала. Мэри запротестовала.

— Что-то горит, дорогая? Не надо так меня тащить.

Наконец, они выбрались из толпы, и колотящееся сердце Грации начало успокаиваться. Они проскользнули в отделанный мрамором холл и направились к ведущей вниз лестнице, чтобы выйти на улицу, где их должен был ждать грум.

Они почти подошли к экипажу, когда она услышала свое имя.

— Мисс Элфинстоун!

Мистер Левесон.

Она притворилась, будто не слышит его. К сожалению, ее горничная не была столь же искусна в игнорировании неприятностей.

— Мисс Элфинстоун, – прошипела Мэри, дергая Грацию за рукав. – Этот джентльмен зовет вас.

Та не остановилась.

— Мисс Элфинстоун! – снова позвал мистер Левесон.

Мэри схватила Грацию за запястье, останавливая. Та вздохнула и обернулась.

Мистер Левесон спускался по лестнице, чтобы присоединиться к ней. Их двухнедельная разлука не сделала его менее привлекательным, скорее Грации было жаль, что они расстались, и ее предательское сердце дрогнуло, когда он подошел. Она хотела прижаться к нему, ощутить его тепло, вдохнуть знакомый сандаловый одеколон, но приходилось держать себя в руках.

— Мисс Элфинстоун, я надеялся поговорить с вами. Могу проводить вас домой?

Грация бросила тоскливый взгляд на экипаж отца. Лучше бы она прошлась до дома на руках.