Книга Любовь & Война, страница 132 – Мелисса де ла Круз

Судья занял свое место и взмахом руки позволил присутствующим сделать то же самое.

— Сегодня слушается дело миссис Джонатан Чайлдресс против штата Нью-Йорк касаемо собственности, расположенной на улице Бакстер-стрит, дом 17, которая, по утверждению штата, была незаконно приобретена истицей во время оккупации города Нью-Йорк британскими войсками.

— Со всем моим уважением, Ваша честь, – вступил Алекс, поднимаясь. – Штат отнял вышеозначенную собственность около четырех месяцев назад, а теперь просто пытается постфактум кодифицировать переход собственности.

— Ваша честь! – Берр поднялся с места. – Такое обвинение роняет тень на сам институт нашего правительства, ради создания которого многие люди в этом зале рисковали своей жизнью!

Крики «Верно! Верно!» донеслись с галереи. Судья, известный как сторонник правил, однако, не потребовал установления тишины. Алекс счел это плохим знаком.

Он глубоко вздохнул, чтобы успокоиться.

— Значит ли это, что противная сторона ставит под сомнение факт того, что здание, расположенное по адресу: улица Бакстер-стрит, дом 17, не является собственностью миссис Чайлдресс с ноября прошлого года? Позвольте мне избавить вас от необходимости отвечать, – продолжил он, взмахом руки призвав озадаченного Берра к молчанию. Затем вытащил лист бумаги из своего саквояжа. – Здесь у меня копия купчей на здание, расположенное по адресу: улица Бакстер-стрит, дом 17, датированной 19 ноября 1783 года, передающая право собственности от штата Нью-Йорк некоему Элайе Спрингеру. Поэтому, как я и сказал, Ваша честь, штат уже забрал здание и успел продать, получив неплохую прибыль. А значит, данное разбирательство не имеет другой цели, кроме как определить законность этого действия.

Судья Смитсон, казалось, с трудом удержался от усмешки. Он повернулся к Берру.

— Тут он вас поймал, советник.

Раздосадованный Берр уселся на свое место, не глядя на Алекса. Алекс занял свое место со всем возможным достоинством, надеясь, что лицо его не выражает самодовольства.

— Что ж, – заявил судья Смитсон, – похоже, нас ждет пара интересных дней. А это значит, мы…

Тут дверь в конце зала заседаний открылась. На лице судьи сперва мелькнуло раздражение, которое тут же сменилось потрясением. Увидев это, Алекс повернулся, как и все присутствующие в зале.

Человек, вошедший в зал заседаний, был не так высок, как судья Смитсон, и не так обширен в талии, но у него весь жир странным образом собрался на животе, превратив его в нависающий над веретенообразными ногами мешок.

Этим человеком был губернатор Клинтон.

Волна узнавания прокатилась по комнате чередой шепотков и вздохов. Губернатор Клинтон не поприветствовал никого, кроме судьи Смитсона, которому кивнул вполне официально, но с хитринкой в глазах, и занял место на самой последней скамье.

Судья Смитсон немного подождал, а затем поднял молоток и стукнул им один раз.

— Давайте начинать!

Бродвей и Нассау

Нью-Йорк, штат Нью-Йорк

Март 1784 года

По неудачному стечению обстоятельств путешествие Анжелики и Джона через Атлантику должно было начаться раньше на целую неделю. Элиза, собиравшаяся устроить сестре потрясающую прощальную вечеринку, внезапно обнаружила, что на подготовку у нее всего три дня, причем в то самое время, когда Алекс работает над самым важным делом в его карьере!