Книга Змей на лезвии, страница 252 – Елизавета Дворецкая

— Входи, милая, – сказал Анунд. – Я позвал тебя, потому что подумал, тебе стоит увидеть кое-что важное. Ручаюсь, такого ты не видела никогда в жизни. Ничего такого ни в каком другом месте просто нет!

Тревога Правены сменилась любопытством. К тому же ее несколько успокаивало то, что Дагни не собиралась уходить.

— Подойди сюда!

Анунд прошел к большому ларю из крепких, толстых дубовых досок, окованному медными полосами, и поманил ее за собой.

Пока Правена подходила, он вынул из мешочка на поясе большой железный ключ-стержень и вставил в замок. Потом поднял крышку, вынул несколько сложенных плащей и еще каких-то дорогих одежд, красных и синих, потом несколько больших чаш, завернутых в полотно. И наконец, извлек почти с самого дна какой-то продолговатый, явно увесистый сверток в локоть длиной и осторожно положил на стол. Кивнул Правене, приглашая внимательно смотреть, и стал разворачивать. Потом разом сдернул полотно, и Правена ахнула: под покровом что-то ярко блеснуло. Там оказался ларец резной кости, с отделкой узорной бронзы, с красноватыми медными гвоздями.

— Здесь таится величайшее сокровище Северных Стран! – Анунд подмигнул ей, явно довольный ее удивлением. – То есть еще со времен моего отца оно принадлежит Мерямаа, но происходит оттуда. Когда-то сей ларец хранился в святилище Фрейра. Ты же знаешь, кто такой Ингве-Фрейр?

— Да, знаю. Мой отец его почитал. У славян есть бог Ярила, они похожи.

— А теперь смотри.

Анунд показал ей свою руку – Правена не поняла почему – и снял с мизинца золотое кольцо в виде цветка с алым самоцветом в сердцевинке и четырьмя лепестками-шариками. Потом вставил золотой цветок в отверстие на стенке ларца и осторожно нажал, всем видом призывая к вниманию. Правена различила тихий щелчок. Анунд надел кольцо обратно на мизинец, еще раз кивнул ей и осторожно поднял крышку.

Следуя знаку, Правена заглянула в ларец. Все эти многозначительные действия взволновали ее, сердце забилось.

И было для чего. В ларце лежал рог длиной чуть менее двух ладоней, целиком сделанный из золота и сияющий, как светлое пламя. Правена отпрянула – подумалось, что в ларце заключена часть молнии, недаром же Анунд помянул небесного бога. Нижний конец был целым – значит, это рог для питья. Сверху донизу его обвивали цепочки чеканных фигурок – мужчины в узких штанах, женщины с крупными бусами на груди, вепри, кони, волки, огромные птицы…

— Что это?

— Это Рог Фрейра! – с гордостью ответил Анунд. – Наше родовое сокровище. С тех пор как сам Фрейр правил в Свеаланде, этот рог хранился в одном святилище, но оттуда его похитили викинги знаменитого вождя – Стюра Одноглазого. Мой отец еще совсем молодым разбил его на море, и несколько лет это сокровище считалось пропавшим – никто не знал, где оно и у кого, даже думали, что Стюр успел бросить его в море перед тем, как погиб, и теперь из него пьют Эгир и Ранн^[77]. А потом оно оказалось у одной женщины, Снефрид Серебряный Взор. Это была мать Хедина из Силверволла. Она привезла его сюда и передала моему отцу как приданое нашей матери, Арнэйд. С тех пор он хранится здесь, и трижды в год мы возливаем мед из него на камень Фрейра. Благословение Фрейра всегда пребудет с теми, кто владеет этим рогом.

— О… – Правена от изумления не знала, что сказать. – Ты прав, Анунд конунг, такого нет даже в Киеве, хотя там много разных сокровищ.