Книга Кощеева гора, страница 130 – Елизавета Дворецкая

— Еще есть Асмунд – его вуй… Но да, я по родству ближе, – вынужден был подтвердить Торлейв.

— К кому же ему и прислушаться, как не к тебе? – наседал Станибор.

Торлейв прикусил губу изнутри, чтобы подавить улыбку. На внешний взгляд, так все и было, но Торлейв отлично знал: Святослав куда охотнее прислушивается к Игморовой братии и прочим ближним гридям, чем к кому-либо из родни. И то, что Игмор с шестью братьями и побратимами сгинул после убийства Улеба, вовсе не раскрыло душу Святослава для его кровных родичей. Но рассказывать об этом смолянам было вовсе ни к чему.

— А ты можешь приобрести еще больше веса удачной женитьбой, – намекнул Равдан. – Поверь, я об этом знаю кое-что.

Ну конечно. Рода он неплохого, но без женитьбы на старшей Сверкеровой дочери не смог бы завоевать среди смолянской руси и кривичей положение, почти равное княжескому.

— У нас тут есть две отличные невесты для тебя. Мы видим, что ты человек достойный, – благосклонно сказал Станибор. – Достойный любой из наших дочерей. Если ты возьмешь в жены мою дочь, то сделаешься мне зятем. Если дочь Равдана – станешь свояком твоего князя, Святослава. И то и другое выдвинет тебя в первый ряд мужей нарочитый, хоть ты и молод. Если ты поддержишь нас и склонишь Святослава принять… хотя бы доверить нам попытаться примирить его с каганом, то возьмешь у нас любую невесту, какую пожелаешь. Да и во всех иных наших прибытках забыт не будешь. В том даю тебе слово, клянусь Перуном и Велесом. Дашь согласие – принесем жертвы и на крови перед богами союз наш утвердим.

Говоря о невестах, Станибор взглянул в сторону, где столпились, с приоткрытыми ртами слушая, женщины – княгиня Прибыслава, Остромира, Рагнора, ключница Хлина и позади нее несколько служанок. Невольно проследив за его взглядом, Торлейв заметил только одну из них – Дединка стояла позади всех, но благодаря высокому росту была видна над головами прочих. Ее руки сжимали перед грудью кринку, а взволнованный взгляд не отрывался от Торлейва.

Любую невесту здесь возьмешь, говорите? Торлейв едва не улыбнулся: вот было бы лихо, если бы он попросил вон ту, что с кринкой…

— И тебе такая женитьба еще и ту пользу принесет, – чуть понизив голос, будто хотел скрыть от посторонних, добавил Равдан, – что у нас тут всегда надежный приют найдешь, коли Святослав… опять на родичей осерчает. Да не как Улеб. Мы уж не выдадим! – И в подтверждение поцеловал золотое кольцо у себя на пальце.

Все-то они понимают, мысленно отметил Торлейв. Понимают, что быть ближайшим родичем Святослава – ходить под грозовой тучей. И если не лукавя предлагают союз и поддержку – значит, очень им эта война с хазарами не по нраву.

— Благо вам будь. – Торлейв наклонил голову. – Не могу сразу ответить. Не по умишку моему молодому сходу такие дела решать… Мне ведь было доверено волю княжескую исполнять, а не на иную борозду коня поворачивать…

— Подумай, – благодушно позволил Равдан, ничуть не поверив этой скромности. – Мы понимаем – сами к престолу пришли, когда нам и двадцати не было. Сами всему учились.

— Нам не к спеху, – подтвердил Станибор. – До Йоля еще далеко, а на Йоль мы могли бы и принести друг другу клятвы, время самое подходящее.

Сам Станибор не имел ни капли крови варягов или русов, но в Свинческе перенял многие укоренившиеся здесь варяжские обычаи.