Книга Счастливчик, страница 57 – Рене Леблан

— Что такое? — испуганно спросила Николетт.

— Там, в конюшне, — тяжело дыша, проговорил он. — О, как мне страшно, Николетт! Поди сюда!

Она неохотно встала, и он тотчас схватил её за руку.

— Пойдём наверх. Пойдём в спальню, — быстро сказал он.

— Зачем?

Окассен обнял её, прижался лицом к её груди.

— Я хочу тебя. Мне не по себе, это меня успокоит.

— Сейчас? Среди бела дня? — возмущённо спросила она, пытаясь вырваться из его рук.

— Да, а что такого? Ты моя жена, ты обязана делать это, когда мне нужно!

Она всё-таки вырвалась и попыталась снова сесть на лавку. Но Окассен схватил её и поволок за собой с такой силой, что чуть не вывернул ей запястье.

— Больно! Отстань от меня! — закричала Николетт и ударила его кулаком по плечу.

Тогда он схватил её за волосы, подтащил к столу и согнул так, что она прижалась к столешнице грудью. Несколько минут они отчаянно боролись, но когда он с силой заломил ей назад руку, Николетт была вынуждена сдаться. Окассен взял её стоя, так грубо и злобно, что Николетт рыдала в голос.

В какой-то момент за дверью послышались быстрые шаги. Явно Урсула пришла со двора на шум. Она видела этот ужас, но побоялась вмешаться. Обессиленная Николетт сползла на пол в рыданиях.

— И я не буду просить прощения за это, — надменно сказал Окассен. — Ты сама виновата, ты меня не слушалась.

Николетт плакала даже не из-за отвратительного насилия. К этому она уже привыкла. Минуло пять воскресений и ещё четыре дня, а регулы не пришли. Последняя надежда рассыпалась в прах.

— Хочешь, я попрошу у повитухи то зелье? — спросила Урсула, когда Николетт рассказала ей.

Та вздрогнула и перекрестилась.

— Ты с ума сошла? Чтобы я пошла на такой грех?

Отвернувшись, Урсула пожала плечами. Она уже знала от Николетт, что Бастьен ищет способа добиться развода. Но зачем ему будет нужна женщина с чужим приплодом?

— Ну, да, ты же говоришь, что все дети нужны Богу, — мрачно усмехнулась она. — А как по мне, дети, зачатые вот так, будут несчастны всю жизнь.

— Замолчи! — испуганно проговорила Николетт, закрыв живот ладонью, как будто защищая его от слов Урсулы. — Как бы то ни было, а я сделаю своего ребёнка счастливым!

Окассену она рассказала лишь на следующее утро, как только он проснулся. Лицо его мгновенно просияло, он обнял Николетт и поцеловал раз сто подряд.

— Как же я счастлив! Надо заказать аббату благодарственную мессу. После завтрака я съезжу к нему.

Николетт попыталась улыбнуться, но не смогла. Окассен заметил это и спросил, что с нею.

— Тошнит, — ответила она. — И живот тянет.

— Пожалуй, пока не надо тормошить тебя, — сказал он. — Я слышал, на первых месяцах это вредно.

Николетт почувствовала невероятное облегчение, точно её выпустили из тюрьмы. А в полдень ей доставили письмо от мадам де Гюи. Мелинда приглашала её к себе, потому что сильно соскучилась, и потому что — эта фраза была написана красными чернилами: «Вас ожидает здесь некто очень интересный». Сердце Николетт радостно подпрыгнуло. Она поняла, что это Бастьен.

Он остановился у дяди Ролана. И там же ему рассказали, что супруги Витри восстановили связи с обществом, и Николетт стала хорошей подругой Мелинды. Бастьен немедленно поспешил в Гюи. Благо, самого маркиза не было дома, а Мелинда с радостью приняла бывшего поклонника. Он напоминал ей о временах, когда она была незамужней, свободной, и сводила с ума своей красотой всех окрестных мужчин.