Книга Между строк и лжи. Книга 2, страница 55 – Елизавета Горская

«Не доверяйте никому», — его слова эхом отдавались в ее сознании, обретая теперь новый, зловещий смысл и оставляя главный вопрос без ответа: можно ли доверять ему самому?

Журналистское любопытство, эта неутомимая жажда знать, боролось в ней с инстинктом самосохранения и остатками гордости. Задавать вопросы этому человеку после всего, что между ними было, казалось почти унизительным. Но не знать, не пытаться понять — было еще хуже, было равносильно капитуляции. Она должна была спросить.

Она медленно повернула голову, встретившись взглядом с отражением Сент-Джона в темном стекле окна — он по-прежнему смотрел вдаль, его профиль был резок и неподвижен. Она глубоко вздохнула, собираясь с духом.

— Мистер Сент-Джон… — ее голос прозвучал тише, чем она ожидала, почти потерявшись в рокоте мотора. Она откашлялась и продолжила чуть тверже: — тот человек в переулке… Как вы думаете, его послали те же люди, что… убили вашего кучера? По вашему, это связано?

Она видела, как его плечи, до этого расслабленные, чуть напряглись. Прошла мучительно долгая секунда, прежде чем он ответил, его голос был ровным, почти безразличным, но в этой бесцветности таилась застарелая усталость или тщательно скрываемый гнев.

— Весьма вероятно, мисс Харпер, — произнес он, не глядя на нее. — Почерк схож. Грубый, жестокий, но эффективный.

Его лаконичный ответ не давал ничего, кроме подтверждения очевидного. Ни тени удивления, ни желания поделиться информацией. Вивиан почувствовала укол раздражения. Он явно знал больше. Она колебалась, стоит ли спрашивать дальше. Вопрос об «Atlantic Cargo» или его отце казался сейчас слишком рискованным, слишком прямым. Но молчать было невыносимо.

— Они… — она снова понизила голос, — охотятся и за вами тоже?

На этот раз он медленно повернул голову, и его янтарные глаза встретились с ее взглядом. В их глубине не было ответа — лишь холодная, непроницаемая оценка.

— Мои дела, мисс Харпер, как я уже говорил, не ваша забота, — отрезал он. — Сосредоточьтесь на своей безопасности. И на том, чтобы не совершать больше опрометчивых поступков, которые могут стоить вам — или кому-то еще — слишком дорого.

Он снова отвернулся к окну, давая понять, что разговор окончен. Вивиан поджала губы, чувствуя смесь досады и бессилия. Он снова воздвиг стену, оставив ее наедине с ее страхами и догадками. Но одно она поняла точно: он признал, что за ними стоят одни и те же враги. И он не собирался делиться с ней своими планами или подозрениями. Она снова была одна в этой опасной игре, несмотря на то, что сидела сейчас в его роскошном автомобиле.

Щелчок замка за спиной прозвучал в гулкой тишине холла неестественно громко, окончательно отрезая Вивиан от мокрой, недружелюбной улицы и оставляя ее один на один с пустотой большого дома. Привычный запах лаванды и пчелиного воска, которым миссис Эллиот неустанно натирала дубовые панели, казался сегодня удушливым, а мерное тиканье дедушкиных часов в углу — не успокаивающим, а нервирующим, отсчитывающим мгновения ее хрупкой безопасности. Она прислонилась к прохладной стене, на мгновение прикрыв глаза и пытаясь унять дрожь в ногах. Ушибленное колено и растянутая лодыжка, перетянутая тугой повязкой доктора Хана, отзывались тупой, ноющей болью при каждом движении. Нужно было подняться наверх, в свою комнату — единственное место, где она могла почувствовать себя хотя бы относительно защищенной.