Книга Любовь Советского Союза, страница 103 – Сергей Снежкин

Он обвел собравшихся взглядом, под которым, как под предгрозовым дуновением ветра, ложится спелая, готовая к жатве пшеница. Стали прятаться глаза и покрываться испариной кожа на лицах членов политбюро и Комитета по Сталинским премиям.

— Кто… – вождь сделал паузу, – смотрел?

— Я! – твердо ответил Погодин.

— И я! – поднялся откуда-то из-за столиков стенографисток присутствовавший про всякий случай начальник Главного управления театров.

Вождь вопросительно посмотрел на него, ожидая разъяснений.

— Товарищ… начальник Главного управления театров, – пояснил Фадеев, – товарищ…

— Кононыхин, – назвал свою фамилию театральный начальник.

— Товарищ Кононыхин, – повторил Фадеев.

— Вы… – опять сделал паузу вождь, – выдвинули на соискание Сталинской премии спектакль, который никто не видел! Вы предлагаете нам присудить премию коту в мешке?

Берия внимательно и, казалось, сочувственно рассматривал членов Комитета по Сталинским премиям.

— Один не видел – это ошибка. Два не видели – это халатность. А все не видели – это что? – вопросил вождь.

— Сговор, – спокойно квалифицировал Берия, – сговор против Сталинской премии и этого… – он защелкал пальцами в поисках нужного слова, – парня!

— «Парень из нашего города», – подсказал название пьесы Погодин.

— Я про парня, который пьесу написал, – досадливо поморщился Берия.

— Я предлагаю создать комиссию совместно с органами партийного контроля для расследования этой истории и наказания виновных, – твердо предложил Фадеев.

— Завтра будут опубликованы имена лауреатов Сталинской премии, – начал вождь. – Художник получит Сталинскую премию, балет получит Сталинскую премию, все получат Сталинскую премию, а театр не получит Сталинскую премию. Деятели советского театра вправе спросить: почему товарищ Сталин их обидел? Почему всем остальным деятелям советского искусства он Сталинские премии дал, а им не дал? Что вы предлагаете ответить на это товарищу Сталину? – Он поднял глаза на Фадеева.

Фадеев понял, что с ним покончено, и сразу же стал вялым и равнодушным. Было даже неясно, слышит он Сталина или нет.

— С другой стороны, мы не можем давать премии тому, что мы не читали, что мы не видели или тому, что мы не слышали. Так что предлагает Комитет по Сталинским премиям? – опять вопросил Иосиф Виссарионович.

— Товарищ Сталин! – подал голос начальник Главного управления театров. – Я готов через час показать спектакль здесь, в Кремле… или в самом Театре Ленинского комсомола.

Сталин молча смотрел на выскочку.

— Никогда не беритесь, товарищ Кононыхин, за невыполнимые сроки! – внушительно сказал он. – Через полтора часа мы будем смотреть спектакль. Здесь!

— Мне понадобится помощь, – попросил Кононыхин.

— Вам будет оказана помощь, – пообещал Сталин.

Народный комиссар внутренних дел Берия встал со своего места.

В дверь ломились. Ничего не понимающая спросонья тетя Наталья отодвинула задвижки и засовы и сразу же закричала. В квартиру ввалилось человек десять военных.

— Где товарищ Коврова? – спросил главный из них.

Тетя Наталья продолжала кричать, пока один из военных не зажал ей рот.

— Где товарищ Коврова? – повторил свой вопрос военный.

Тетка молча показала. В коридор выбежала тетя Надежда, ей тоже зажали рот. Проснулся и заплакал Толик.

Галина уже сидела в кровати, когда в спальню вошел старший военный.