Книга Десять дней в мае, страница 18 – Джо Смит

Уилл терпеливо ждал меня у лифта. Взгляд – нечитаемый. По его лицу ведь ничего никогда не скажешь. И я сбегаю. Опять. Банально – я прячусь в номере до утра. Если бы нас не разделили в холле, может бы я и не дала деру. А так, ну просто перст судьбы, которой наша история не нужна.

* * *

— Я не готова, я, матьвашу, не готова, – на все лады и наречья шепчу я мантрой, нарезая круги по номеру в хмуром свете утра. Ворох рассмотренных со всех сторон и в припадке самоедства отброшенных шмоток, венчает кровать. Вывернуты чемоданы «зачем тебе с собой столько тряпок брать, на десять дней?», вывернуты сумочки, косметичка – но то, что мне поможет держать себя в руках не найдено. Костюм, правильный, сногсшибательный желательно, помог бы мне чувствовать себя прямо. Но все варианты кошмарны. В итоге я ныряю в джинсы, натягиваю пиджак поверх футболки, шнурую потертые конверсы – и выбегаю из номера. Где-то, прямо в районе дверного проема, вслед звуку хлопающей двери, поднимается желание – вот тут же, в коридоре, наткнуться на Уилла. Чтоб просто перейти эту дурацкую черту, повернуть все к шутке, мило стукнувшись не важно какими частями тела. Но он, скорее всего, уже уехал. Мне сегодня никак не светит пересечься с ним, не раньше вечера. Потому что сегодня «в виде премии», Ральф определил меня, как зрителя. То есть я именно сегодня не лезу никуда, ничем таким не занимаюсь. Единственная моя задача – не опоздать на спектакль. Но времени еще море, поэтому выравнивая дыхание и постепенно успокаиваясь, спускаюсь вниз.

Какое-то электричество кружит в атмосфере. Низко ходят тучи. Завтрак просто не лезет, только чашка кофе. Ищу, во все глаза, Уилла. Против всякой логики, да. Его нет. Да ну ладно, я же знала это. Но я настолько наивная, правда ведь? Я делаю еще одну дурную попытку разыскать его там, где ему быть не положено:

— А что, труппа уже уехала? – спрашиваю у подошедшего Ральфа, как можно равнодушнее.

— Да, – он смотрит подозрительно, – Что-то между вами вчера произошло?

— А что? – ненавижу отвечать вопросом на вопрос, но не могу же я рассказать, как обкладывала вчера Уилла. Какое я вообще право имела выплевывать это все на него? Кто я ему такая?

— Да так, – продолжает Ральф, немного хмурясь своим каким-то мыслям, – Взвинченный уехал. На него не похоже, вот я и подумал…

— Что кто-то его раздраконил? Так?

— Ну, не ершись, девочка. Хватит мне и одного бога грома на мои седины.

Мне становится, не знаю, как-то жалко Ральфа. Он-то тут совершенно ни при чем. Это все я, и мой словесный понос.

— Я. Я его вчера довела. Только странно, – тут же давлю на паузу, пытаясь хоть как-то собрать этот пазл по имени Уильям Хьюз, – Он вчера был абсолютно спокоен. Позднее зажигание?

— Не знаю, – кивает головой Ральф.

— И что, – не могу удержаться, – сильно буянил?

— Да нет, говорю же! Глазами молнии метал, улыбки обычной, ну этой его – фирменной, от уха до уха – не было на лице.

— Спокуха, – перебиваю я, выуживая свои театральные воспоминания и несвойственное мне желание ими поделиться, – Знаем, плавали. Скорее всего наш мистер Совершенство на роль настраивался. Был у меня один знакомый, перед спектаклем сам себя доводил до белого каления. Психушка по нему наверное до сих пор плачет, зато как, стервец, Тибальда играл!