Книга Прекрасные маленькие глупышки, страница 31 – Оливия Хоррокс

— Это свинец, — просто сказал он, показав мне свою находку на открытой ладони. — Посмотрите, тут видны прожилки руды.

— Это тот свинец, который прежде использовали в карандашах? — уточнила я.

— Тот самый.

— На что же тут смотреть? — Я с сомнением пожала плечами. Он придвинулся ближе, и я уловила древесные нотки его одеколона.

— Посмотрите внимательнее. — Он провел пальцем по черным линиям на камне. — Когда эти рудники еще работали, камень нагревали до температуры плавления металла, и руда просто выливалась наружу.

— О, да вы действительно увлечены горным делом! — заметила я с некоторой насмешкой.

— Меня больше интересует геология, нежели горная промышленность, — ответил он. — Это детское хобби, которое превратилось в одержимость, и в итоге я стал изучать геологию в Кембридже, тем самым огорчив своих родителей.

— Вы изучали в Кембридже… камни? — уточнила я с недоверием.

— А вы ожидали чего-то более романтичного? Что я там занимался, скажем, произведениями Шелли и Китса? — парировал он, сверкнув белоснежными зубами.

— Нет. — Я мотнула головой, хотя он угадал.

Александр усмехнулся, видя меня насквозь.

— Если это немного утешит вас, то я люблю Китса, — признался он с ухмылкой. — Но геология невероятно увлекательна. Например, известно ли вам, что геологическая формация Корнуолла отличается от структуры всех остальных земель нашей страны? Наши «камни», как вы выражаетесь, создают те самые пейзажи, которые очень любят писать художники, в том числе вы. Но никто и не думает остановиться и взглянуть себе под ноги… Миллионы лет наслоились один на другой, и вся история этой планеты находится под нашими подошвами. — Он говорил с такой страстью, что я даже приосанилась. Александр же, поймав мой взгляд, зарделся и снова посмотрел на камень в руке. — Извините, я, наверное, вам наскучил?

— Нет, вы правы. Я никогда прежде не задумывалась об этом, — признала я. — Это похоже на слои краски на холсте. Можно соскрести ее и увидеть все прежние слои.

— Да, вот именно! — взволнованно подтвердил он и бросил мне камешек. Я поймала его и положила в карман. — Видите, Берди, не такие уж мы с вами и разные. Впрочем, хватит обо мне. Кроме вашего имени, которое я с невероятным трудом у вас вырвал, мне известно очень мало.

— Что вы хотите узнать? — осторожно поинтересовалась я.

— Берди — ваше настоящее имя? — Он прищурил темно-карие глаза.

— Это сокращение от Элизабет.

— Элизабет — хорошее имя, но думаю, что Берди вам больше подходит.

— Вы полагаете? — спросила я рассеянно. — Я получила его недавно и пока не чувствую, что оно мое. Хотя начинать с чистого листа приятно с новым именем…

— С чистого листа? Вы от чего-то сбежали? — пошутил Александр. Но, заметив мою невольную гримасу, посерьезнел. — О, в самом деле? С каждой минутой вы становитесь все интереснее, Берди.

— Даже так? Спешу вас разочаровать: я не преступница, удравшая из тюрьмы, и не монахиня, покинувшая монастырь. Вы же об этом подумали, правда? Мои родители знают, где я нахожусь. Просто они не вполне одобряют мой выбор.

— Я не думал ни о чем подобном, пока вы не стали столь пламенно это отрицать, — лукаво усмехнулся он, и я рассмеялась и слегка расслабилась. — Однако если вы удрали не из монастыря — то от чего? — Александр обхватил руками колени, положил на них подбородок и заинтересованно ждал ответа.