Книга Лоренца дочь Великолепного, страница 295 – Ева Арк

— Да, это чудо, что Вам удалось освободить Лоренцу, – согласился с ней управляющий.

— Простите меня, матушка, и Вы, господин д’Эворт, – добавила дочь Великолепного. – Ведь я доставила вам столько хлопот!

— Тебе не за что просить у меня прощение, Лоренца, – со вздохом ответила графиня де Сольё. – Ведь я всего лишь искупала свою вину перед тобой.

— Что Вы, матушка! Вы ни в чём не виноваты!

— Виновата, и ты это знаешь, дочь моя. Однако поговорим об этом после.

— А я, признаться, сильно разозлился на тебя, Лоренца, когда ты сбежала от меня в Лионе, – после паузы заметил д’Эворт. – Сначала даже хотел помчаться следом, но потом передумал из-за положения моей жены. К счастью, ты вскоре прислала письмо и я успокоился, пока не получил твою записку из Плесси. После этого Катрин не давала мне покоя, требуя, чтобы я чуть ли не штурмом взял королевский замок и освободил тебя. Но тут, слава Господу, приехала госпожа де Сольё.

— Даниель ещё из Лиона написал мне о вашем возвращении, – сообщила графиня, – а потом мэтр Жак прислал известие о том, что ты в Париже, Лоренца. Однако меня задержал приезд сына и невестки. Только после Пасхи я отправилась в Париж, но тебя там уже не было.

Сделав паузу, она продолжала:

— Тогда я поехала в Саше и здесь узнала о твоём заточении в Плесси. К несчастью, после смерти Людовика ХI все мои связи при дворе были утрачены. Тогда Даниель посоветовал мне обратиться к Коммину, моему старому другу.

— Сеньор д’Аржантан помогал мне своими советами, – заметила Лоренца.

— Да, он рассказал мне о вашем знакомстве, когда мы встретились с ним в Амбуазе, – кивнула её мать. – Хотя ему ничего не было известно о твоём аресте, Коммин пообещал сделать всё, что в его силах. Вскоре ему удалось узнать, что тебе предъявляют обвинение чуть ли не в государственной измене, но герцогиня Бурбонская уговорила своего брата не доводить дело до суда и тайно препроводить тебя в темницу замка Плесси-ле-Тур.

— А разве не надёжнее было казнить меня по приговору королевского суда?

— Вероятно, герцогиня всё же опасалась, что тебя могут оправдать. А так, по словам Коммина, о тебе бы просто «забыли» и ты до самой смерти бы просидела в Плесси.

— Ещё советник сказал, что герцог Орлеанский тут вряд ли чем может помочь, так как сам находится в опале, и посоветовал мне лучше обратиться к его супруге, – добавила донна Мария.

— Эта мысль могла придти только в голову Коммина, – улыбнулась дочь Великолепного.

— Дело в том, что он знал о моём давнем знакомстве с мадам Жанной. Когда ещё был жив Людовик ХI, его младшая дочь неплохо ко мне относилась. И хотя её влияние на брата нельзя сравнить с тем, какое имеет её старшая сестра, Коммин посчитал, что Карл VIII может прислушаться к просьбе герцогини Орлеанской именно потому, что та редко его о чём-то просит. Оставалось только уговорить мадам Жанну помочь тебе.

— Это действительно чудо, что Вам удалось убедить её, матушка!

— Мне подсказало нужные слова моё материнское сердце. Хотя герцогиня Орлеанская обожает своего супруга, и, конечно, ревнует его, она сжалилась надо мной.

— Мадам Жанна – просто святая! – убеждённо воскликнула Лоренца.

— С такой внешностью нетрудно быть святой, – пробормотал д’Эворт.

Однако ни мать, ни дочь не обратили на его слова никакого внимания.