Книга Порченая для ледяного дракона, страница 61 – Анна Батлук

Мофаро шумно выдохнул и сделал большой глоток пива. На крупной лысине блестел пот. Судя по всему, мы подходили к кульминации речи.

— Я посоветовался с мамой насчет вашей кандидатуры, Ада. Она не в восторге – ведь вы прибыли к нам издалека, не принимаете наших традиций – голову покрывалом, например, не накрываете, несмотря на возраст... Но с небольшими оговорками, матушка все же согласилась.

Уважаемую госпожу Мофаро знала вся Дальняя Гора, а жители остальных, уверена, были осчастливлены одним тем фактом, что госпожа Мофаро существует, но далеко от них. Такой скандальной и чопорной женщины, уверена, не найти во всем мире. И потому факт ее согласия с моей кандидатурой (неважно, для чего проводились выборы) пугал меня даже больше, чем перспектива вернуться на Злую гору.

— Прошу прощения, - я спрятала руки за спину, чтобы не вцепиться адвокату в горло и ласково спросила: – А какая роль отводится моей кандидатуре, уважаемый?

Мофаро взглянул на меня, как на откровенную идиотку.

— Ада, ну что же вы… Роль моей жены, конечно же.

В харчевне всегда было шумно, но неожиданно воцарилась тишина и последние слова, уверена, услышал каждый посетитель.

Приличных слов я не нашла, а потому вытаращила глаза и ограничилась кратким:

— О, - а затем подумала и добавила еще: - О.

Харчевня будто бы замерла. Поверх лысой головы адвоката весь зал мне был виден как на ладони, и многие даже ложки отложили, чтобы послушать, чем закончится наше с Мофаро общение. А мне вдруг стало понятно, почему сегодня харчевня полным полна, а Гулира попросила меня встать за прилавок. Город наш маленький даже по меркам Дальней горы, и, по-видимому, желание Мофаро жениться является секретом только для меня. Работницы мои заделались свахами, а зрители пришли в ожидании чуда – старая дева наконец замуж выйдет, и счастливчик приберет к рукам таверну, которую я с таким трудом создавала вот уже скоро три года. А то что порченая (как ни скрывала свое увечье, люди многое замечали) так ничего страшного. Деньги все неудобства покроют.

По мере осознания происходящего, я чувствовала, как прихожу в бешенство: щеки вспыхнули, левая рука сжалась в кулак, а правая, даром, что больная, царапала прилавок пальцами в перчатках. Пауза задерживалась, но Мофаро угрозы не почувствовал: выпалив все, что хотел, он пригубил пиво и широко улыбнулся.

— Матушка готова принять нас завтра после обеда, Ада. Необходимо обсудить ваше приданое, дату свадьбы, и прочие глупости…

— Пошел вон, - прошипела я наконец. Голос был хриплый, словно я вмиг заболела. Не ожидавший от меня таких слов, Мофаро растерялся и решил, что ему послышалось.

— Что вы говорите? Большой том? Не понимаю вас.

— Пошел вон! – твердо и громче проговорила я. – Повторю еще раз для остальных, кто не расслышал – вы же для этого собрались? Пошел вон, и чтобы больше я тебя здесь не видела!

Остроносое личико адвоката пошло белыми пятнами. Он в очередной раз вытер лысину платком и решительно спрятал его в карман.

— Как ты смеешь! Переселенка!

— Переселенка с таверной, - отбрила я жениха. – В которой тебя больше видеть не желают!

Артефакт, висевший над дверью, и приобретенный как раз для таких случаев, низко загудел, предупреждая посетителя, что хозяйка недовольна. Тратить деньги на охрану я не хотела, и оплатила услуги артефактора, который, к слову сказать, проживал практически по соседству. Артефакт, выгоняющий буянивших гостей, успешно выполнял свои функции больше двух лет, и смею надеяться, не потеряет своих свойств еще такое же количество времени.