Книга Все приключения Ивидель Астер, страница 124 – Анна Сокол

Меня ударили по голове, ограбили, чуть не отправили в Зимнее море, я нахожусь в тюрьме среди беззубых лысых людей, называющих себя собачьими кличками, меня пытался учить жизни скрюченный старостью тюремщик, а под ногами наверняка шмыгают крысы... И все ради чего? Ради того, чтобы услышать это?

Нет. Не хочу. Иначе в следующий раз просто не смогу посмотреть в зеркало. Он не будет вытирать об меня ноги. Никто не будет. И пусть потом мне суждено тысячу раз пожалеть об этом.

На глазах вскипели злые слезы. Я отпустила прутья решетки, отвернулась. А он продолжал говорить что-то еще... я уже не слушала. Надо уйти отсюда. Уйти и никогда не возвращаться. Запретить себе думать об Оуэне.

Возможно, у меня получится, возможно, это не любовь, а умопомрачение или не знаю, что еще такое.

— Больше я вас не побеспокою, барон, — проговорила едва слышно.

Я не посмотрела под ноги, тотчас опрокинула лампу и едва не упала, когда великоватые сапоги зацепились за неровный камень пола. Разлитое масло загорелось, по полу побежала веселая струйка пламени.

Он схватил меня за плечо. Крепко схватил. Только что был вне круга света, а через секунду стоял уже вплотную к решетке, просунув руку между прутьями. Я и забыла, какими быстрыми могут быть рыцари.

— Посмотрите на меня, Ивидель.

Я дернулась, замотала головой, даже не пытаясь остановить поток слез.

— Посмотри, Иви, — из голоса исчезла презрительность. Осталась только мягкость, которой совершенно невозможно было противиться.

Я повернулась. Лицо Оуэена расплывалось. Рыцарь выругался, пальцы сжались еще крепче, не позволяя мне вырваться и уйти.

— Ивидель, черт. Извини меня, — он выдохнул. — Представь, я сидел здесь несколько часов в полной темноте и тишине. Ждал. Не знаю, чего, кавалерии, князя с приказом о помиловании или пришествия Дев, а вместо этого пришла…

— Я? — Я всхлипнула.

— Иви, — он повысил голос. — За время нашего знакомства я извинялся перед тобой больше, чем за всю предыдущую жизнь, и не уверен, что мне это нравится. — Он разжал руку, я покачнулась. — Не мастак я объясняться, но иногда, когда вижу тебя, меня будто сами демоны Разлома за язык тянут... Черт! — повторно воскликнул Крис и отвернулся. — Наверное, мне коростой мозги разъело, раз я тебе все это рассказываю. Убирайся отсюда! Все кончено, слышишь! Мы заигрались, а теперь игра перешла на новый уровень и нам его не потянуть, не двум ученикам…

— Куда перешла? Какая игра? — спросила я, глотая слезы.

— Уходи, — медленно и четко проговорил он. — Не заставляй меня снова грубить. Уйди сама, пожалуйста.

Я отвернулась, чтобы не видеть его. Не видеть напряженных плеч и растрепанных волос. Надо было уйти сразу. Тяжесть, только что казавшаяся неподъемной, вдруг стала раза в три больше. Я сделала первый шаг, потом второй, на третьем поравнялась с соседней камерой… И когда между прутьями показалась рука и схватила меня за ткань юбки, даже не взвизгнула, только пламя, танцевавшее на полу, на миг взлетело к потолку, осветив худое изможденное лицо.

— Отпусти ее, Пьер, — раздался спокойный голос Криса. — Или я заплачу Шраму, чтобы он вырвал тебе печень. Ну?

— Чем заплатишь? — раздался хриплый голос из тьмы.

— Найду, чем, — худая рука разжалась, и барон добавил, совсем как тот тюремщик. —Держись левой стороны, Ивидель, — и даже его голос показался мне таким же усталым и старым.