Книга Мой кавказский друг мужа, страница 97 – Юлианна Шиллер

Дверь на террасу отъезжает, появляется Мария Ивановна с подносом.

— Ну что вы тут расшумелись, вояки мои, — по-доброму ворчит она. — Димочка, беги мыть руки, пирожки стынут. А вам, Вероника, моя хорошая, я заварила особый чай для успокоения нервов и для нашего ребёночка.

Руслан снова отходит мне за спину, и я принимаю чашку с благодарностью. Где-то на задворках сознания мелькает мысль: год назад, сидя в прокуренной машине на стейкауте у какого-нибудь отеля, я бы решила, что мне подмешали в кофе галлюциногены. Вся эта идиллическая картина кажется такой хрупкой, такой неестественно мирной для нас.

Сергей кажется расслабленным, хотя я знаю, что он в любую секунду готов к броску. Алина наконец-то обрела свой дом и светится тем особенным светом, который бывает только у по-настоящему счастливых женщин. Дима уплетает пирожок с таким сосредоточенным наслаждением, будто это важнейшее дело в его маленькой жизни. А присутствие Руслана ощущается как надёжный титановый щит. Но, оглядывая их лица, я понимаю одну истину.

Мы не стали нормальными, не очистились от грехов и не превратились в добропорядочных граждан. Под этой благостной оболочкой мы остаёмся всё теми же беспощадными хищниками, просто научившимися прятать клыки за улыбками. Мир вокруг по-прежнему жесток и полон врагов, готовых вцепиться в горло при первой же возможности.

Но теперь есть одно отличие.

Откидываюсь назад, позволяя Руслану обнять меня за плечи, переплетаю свои пальцы с его. Он касается губами моего виска, и я закрываю глаза, чувствуя почти болезненное умиротворение.

Иногда, чтобы выжить в мире чудовищ, хищникам приходится отказаться от одиночества и создать собственную стаю. Жестокую, бескомпромиссную, смертельно опасную, но отчаянно, до последней капли крови преданную своим.

Наша стая.

И пусть только кто-нибудь, мать его, попробует её тронуть.

Конец.