Онлайн книга «Любовь с пятого этажа»
|
А я стоял в стороне и не мог поверить, как естественно всё происходило. Без неловкости. Без напряжения. Как будто… так и было всегда. Марина теперь заглядывала к нам не каждый день — «передаю пост полномочий», как она выразилась по телефону. Варя и правда всё больше стремилась быть с Алисой. Делилась с ней рисунками, спрашивала, как правильно выговаривать «румба» и «самба», и каждый вечер проверяла, будет ли Алиса читать ей сказку, а не я. Меня это не обижало. Наоборот. Это было счастье. Алиса легко влилась в рутину: готовила с нами завтрак (хотя я не сразу простил ей кашу с тыквой), помогала Варьке с домашкой по английскому, оставляла мне на столе записки вроде: «Если ты не улыбнёшься до 10:00, я тебя укушу». Вечерами мы сидели втроём на диване, смотрели кино. Варя — посередине, как маленький министр гармонии. А когда она засыпала, Алиса оставалась рядом, прижималась ко мне — и всё было так просто. Тепло. Надёжно. Иногда я просыпался и не сразу понимал, в каком я мире. В том, где я владелец фирмы на пике роста — или в том, где моя дочь учит плюшевого бегемота делать плие под руководством женщины, которую я люблю до чёртиков. Фирма выросла. Серьёзно выросла. После того контракта — того самого, что мы вытащили почти на зубах — всё сдвинулось с места. Новые партнёры. Инвесторы. Запросы. Переговоры, встречи, расширения штата, новые помещения. У нас появилось подразделение в Москве, и двое из питерской команды теперь живут между городами. А я — мелькал в новостных лентах чаще, чем успевал сам это осознавать. «Кому доверяют крупнейшие клиенты: три лица новой деловой сцены» — другой. И моя чёртова фотография — серьёзная, в галстуке, с таким выражением лица, будто я съел трёх конкурентов за завтраком. А потом — вечерний эфир на городском канале. Прямой. С вопросами, с аналитикой, с цифрами. И с Алисой, которая смотрела дома и фотографировала экран. — Ты, конечно, умный, но там свет падал тебе как-то… эээ, драматично, — прислала она сообщение. Я смеялся. Потому что это была она. Потому что даже в этом новом, шумном, насыщенном мире — она держала меня на земле. И Варя тоже. Периодически она спрашивала: — Пап, а ты станешь очень-очень знаменитым? — Не уверен. А хочешь? — Не знаю. Только если ты не забудешь, что у нас по пятницам варим какао. Я клялся, что не забуду. Потому что никакие заголовки, рост капитала, встречи и фонды не значили ничего — если не с кем было делиться этим вечером. Этой пятницей. Этим какао. И да, теперь меня узнавали в деловых кругах. Подходили после конференций, жали руку, говорили: «Смотрим на вашу динамику, впечатляюще». Но самое главное — это когда я открывал дверь домой и слышал: — Пап, Алиса сделала пиццу! С моими огурцами, но ты всё равно должен похвалить! Это была другая сцена. Не деловая. Настоящая. Моя. В тот день я просто застрял. Кажется, всё офисное пространство работало против меня: принтер жевал документы, Макс скидывал правки на уже утверждённое, кто-то перепутал цифры в отчётах для инвесторов, и я в какой-то момент понял, что если сейчас всё не доведу до конца — просто не смогу заснуть. Было уже почти десять. Телефон вибрировал на столе. Снова Алиса: Алиса: Ну ты где? Пицца уже не просто остыла, она обиделась и ушла в холодильник. |