Книга Любовь с пятого этажа, страница 57 – Дарья Милова

Я пришла первой. Заказала капучино Полине, как она любит — с миндальным молоком, и себе эспрессо. И, конечно, чизкейк. Один — пока. Потом доза, возможно, удвоится.

Полина появилась ровно в семь. В светло-бежевом пальто, с помадой цвета «твой бывший будет жалеть», и взглядом, который уже кричал «где, чёрт возьми, продолжение драмы?!»

— Ну?! — даже не поздоровавшись, она бросила сумку на диван и села напротив. — Я готова. Лопни. Немедленно. Или я тебя лопну.

— Привет, Полина, как твои дела, как прошла неделя? — попыталась я, с улыбкой невинного котёнка.

— Алиса, я знаю, что у тебя в глазах не просто блеск, а гнусное удовлетворение. Рассказывай, или я начну догадываться сама.

Я рассмеялась и положила локти на стол, склонившись ближе:

— Ты помнишь, как я сказала, что он козёл?

— С трёх интонациями, десятью фактами и фото его майки в доказательство. Да.

— Так вот… Он не козёл.

— Что.

— Ты.

— Подожди, подожди, — она откинулась на спинку дивана. — Сейчас ты скажешь, что он не просто не козёл, а вообще хороший?

Полина молча сделала глоток кофе. Очень медленно. Потом поставила чашку и холодно произнесла:

— Я жду продолжения. Но если ты скажешь, что у него щенки и он спас котёнка из пожара, я встану и уйду.

— У него дочь, — мягко сказала я.

— ...Ты его любовница?

— Нет. Я его девушка.

— И ты знаешь, что у него есть дочь.

— Знаю. И она меня обожает. А я — её.

— Стой. Стоп. — Она подняла руку. — Секунду. Это тот, с которым ты спала, потом исчезла, потом ревела, потом снова спала, и теперь ты — влюблённая мама?

Я кивнула. Без шуток. Просто — честно.

— Он был не готов сказать мне всё. Сначала. Из страха. А потом… пришёл. Посреди ночи. Сказал, что я — его шанс. Что он хочет начать сначала. И сдержал.

Полина смотрела на меня, как будто я превратилась в русалку и одновременно — в сектантку.

— Алиса…

— Я знаю. Это странно. Но мне с ним — хорошо. По-настоящему. И с Варей тоже. Это... как будто я стала частью чего-то целого. Семьи. И я больше не боюсь.

Она вдруг вытянула руку через стол и положила ладонь на мою.

— Ну и слава Богу. Потому что если бы ты снова закопалась под пледом с фразами «все мужики предатели», я бы вызвала тебе экзорциста.

— Ты всё равно вызовешь. Просто для профилактики.

— Разумеется. Но сначала — доедай чизкейк.

— А как у тебя? — спросила я, доедая последний кусочек чизкейка. — Личное. Мужики. Драмы. Дзен?

Полина закатила глаза, как будто я спросила про какой-то особенно абсурдный жанр.

— Ну… личное у меня в стадии «переосмыслений». С Вадимом вроде как окончательно всё. Он стал вести себя, как потерянный пёс: бродит вокруг, в глаза заглядывает, лайкает сторис, но даже извиниться не может нормально.

— Ты его всё ещё любишь?

— Нет, — она сразу покачала головой. — Я скучаю по привычке, по тому, что знала. Но не по нему. Я себе дороже.

Я кивнула. Знала, как это — не любить, но помнить всё.

— А так, — продолжила она, — я хожу на йогу, переписываюсь с каким-то нормальным программистом, который любит мятный чай и котов, и раз в три дня думаю, что пора уехать в Тбилиси и открыть там кафе с видом на горы. Всё по плану.

Я засмеялась:

— Главное, чтобы коты одобрили Тбилиси. И мяту.

Полина наклонилась ко мне, сделав лицо мафиози:

— А теперь скажи честно. Ты с ним спишь?