Книга Стать Равной, страница 138 – Ника Летта

Дверь раскрылась бесшумно.

На пороге стояли двое: военный медик-эрх и молчаливый офицер внутреннего контура. За их спинами, чуть дальше, виднелся тёмный коридор флагмана и полосы ровного света, уходящие вглубь корабля.

— Встать, — произнёс офицер.

Шиардан медленно поднял голову. Поднялся без помощи, хотя рёбра тут же отозвались тупой, тянущей болью. Медконтур в полу коротко вспыхнул, считывая перегрузку, и погас.

— Куда? — голос прозвучал глухо.

Офицер не ответил. Ответил другой.

— Туда, где тебе наконец покажут, во что именно тебя превратили.

Голос кузена не был громким. Но от него коридор сразу стал уже.

Шиардан вскинул взгляд.

Император стоял чуть в стороне, в тени перехода, как будто специально не входил в камеру до конца. Чёрная форма, ни одной лишней детали, серебряный взгляд — слишком живой для существа, которое последние часы только и делало, что перестраивало власть вокруг крови, страха и её голоса.

И где-то под этой безупречной внешней неподвижностью всё ещё жил резонансный след.

Эльвира.

Её усталость. Её раздражение. Её настороженность. И то, что Шиардан ненавидел сильнее собственной боли: новая, тёмная, живая искра между ней и Ронаном. Не иллюзия. Не ошибка восприятия. Не случайный всплеск телесной реакции.

Тяга.

Он чувствовал её уже не впервые. И каждый раз это било особенно жестоко именно потому, что сам он не имел права даже думать о приближении. Не после того, как её тело почувствовало боль от его руки.

Ронан уловил направление этой мысли мгновенно. На его губах не появилось улыбки, но в поле проступило то раздражающее, звериное удовлетворение, которое Шиардан уже научился распознавать.

— Ты всё ещё реагируешь, — тихо сказал Император.

Шиардан медленно выпрямился.

— А ты всё ещё пытаешься задеть там, где уже и так разодрано до кости.

— Нет, — так же спокойно ответил Ронан. — Я просто напоминаю тебе, что время самообмана закончилось.

Несколько секунд они смотрели друг на друга молча.

Потом Шиардан шагнул к выходу сам.

— Веди.

Шиардан шёл и чувствовал её.

Не отчётливо. Не так, как в первые дни узла. Теперь связь проходила глубже и тише, словно через плотный слой чёрной воды. Но достаточно, чтобы понимать: Эльвира жива. Рана больше не рвала ее тело от боли. Боль стала глухой, контролируемой. А вот эмоциональный фон был сложнее.

Она думала, но не о нём или боли, что он причинил. Не только. Больше о Ронане. О том, как близко он пробрался ей под кожу. Шиардан медленно втянул воздух сквозь зубы.

Рядом тут же прозвучал ровный голос:

— Тяжело?

Он даже не повернул головы.

— Зачем спрашиваешь?

— Чтобы ты не забывал: ты всё ещё читаем.

Шиардан резко остановился посреди коридора. Офицер сопровождения сразу напрягся, но Ронан поднял пальцы, не давая ему двинуться. Шиардан медленно повернул голову.

— Ты специально держишь канал чуть приоткрытым.

— Да.

— Чтобы я чувствовал это?

— Да.

— Чтобы я знал, что между вами уже что-то искрит? — серебряный взгляд в ответ не дрогнул.

— Чтобы ты понимал реальность такой, какая она есть. А не такой, в какой тебе удобно страдать.

Воздух будто стал плотнее. Шиардан несколько секунд молчал. Потом произнёс очень тихо:

— Ты ведь наслаждаешься этим.

Ронан ответил не сразу.

— Нет, — сказал он наконец. — Я использую это.