Книга Стать Равной, страница 120 – Ника Летта

Эта мысль была недопустимой.

Ронан раздавил её почти сразу.

Но она успела остаться.

— Курс на Орион-17, — произнёс он.

Голос звучал ровно.

Слишком ровно.

— Полный приоритет. Все медицинские и силовые группы — в готовность. Шиардана Коф Шордана взять живым. Асдаль — открыть мне все внутренние слои технического сектора.

Пауза.

— И без фильтров.

Асдаль ответил после доли секунды:

— Принято.

Ронан не отвёл взгляда от пустоты за стеклом. Теперь он шёл не просто за узлом. И именно это было опаснее всего.

ЭЛЬВИРА

ОРБИТАЛЬНАЯ СТАНЦИЯ ОРИОН-17. ТЕХНИЧЕСКИЙ СЕКТОР

Сначала я не поняла, что меня ударили.

Глупо, наверное. Нож вошёл в живот, а мозг почему-то решил не сразу признавать очевидное. Секунду я просто смотрела на руку Шиардана. На его пальцы, стиснутые вокруг рукояти. На тёмную ткань своей одежды, которая вдруг начала расползаться мокрым пятном.

А потом пришла боль. Горячая. Живая. Такая, от которой внутри всё сжимается не криком даже — животным, немым ужасом.

Я пошатнулась и вцепилась в стену, но пальцы скользнули по холодной панели. Мир качнулся, пошёл рябью. Где-то далеко шумели системы станции, мигали аварийные полосы, что-то пищало, но всё это отступило на второй план.

Передо мной был только он. Шиардан. Его лицо. Его глаза. И в этих глазах сначала была пустота. Стеклянная. Чужая. Неправильная. Как будто кто-то выключил в нём всё живое и оставил только тело, которое исполняет приказ.

Я не дышала. Он снова моргнул. На миг янтарь вернулся. Лицо исказилось так, будто нож воткнули не в меня, а в него самого.

— Нет… — выдохнул он.

Его пальцы разжались. Рукоять осталась во мне.

Я сделала шаг назад. Боль вспыхнула сильнее, ударила в позвоночник, в рёбра, в горло. Я чуть не упала, но удержалась. Не знаю как. Может, из упрямства. Может, потому что если бы упала, он бы подошёл.

А я не хотела, чтобы он подходил. Не сейчас. Не после этого.

— Эльвира…

Он двинулся ко мне.

Я вскинула руку.

— Не трогай.

Голос сорвался. Получилось тихо. Почти жалко. Но он остановился так резко, будто я ударила его в грудь. И хуже всего было то, что я почувствовала.

Не только свою боль. Его ужас. Настоящий. Грубый. Разорванный изнутри.

Он не понимал. Или уже понимал слишком хорошо. Его страх бил через резонанс так сильно, что на секунду почти перекрыл мой собственный. В нём не было оправдания. Не было попытки сказать “я не хотел”. Только голое, мерзкое осознание: его руками меня ударили.

Но какая мне разница? Какая, к чёрту, разница, хотел он или нет, если кровь моя? Я смотрела на него и вдруг поняла, что боюсь не боли. Не смерти даже.

Я боялась, что он сейчас снова “выключится”. Его взгляд опять дрогнул. Стал мутнее. Пустее. И сердце у меня рухнуло куда-то вниз.

Он сделает это снова. Добьёт. Не потому, что хочет. Потому что чья-то чужая воля сильнее его. Потому что в этой проклятой галактике даже существо, которое должно было защищать, можно превратить в оружие.

Я попятилась, прижимая ладонь к животу и тут же упала.

— Нет… — прошептала я.

Он сжал зубы. Вены на шее вздулись. Всё его тело дрожало, словно он пытался удержать себя внутри собственной кожи.

— Беги, — хрипло выдавил он.

Я не успела. Сначала в коридоре вспыхнул белый свет. Потом грянул приказ:

— На пол!

В технический сектор ворвались сразу несколько фигур в тёмной боевой броне. Быстро. Слаженно. Жёстко. Их было слишком много для случайного патруля и слишком мало для полноценного штурма. Они знали, куда идут.