Книга Бывший - все сложно, страница 83 – Ольга Тимофеева

Я максимально хочу его игнорировать, лучше чтобы вообще меня тут не было заметно.

Ухожу, чтобы принести еще хлеб и сок.

— В общем, я хочу сегодня не за себя, а за друзей, которые поддерживают, когда уже, кажется, все потеряно. И за тех, кто дает шанс. – Глаза на мне задерживаются на секунду. Я отвожу взгляд к салфеткам.

Тосты идут своим чередом, шашлык расходится, разговоры расползаются по столам. Старший сын Маши что-то Ладе объясняет. А мелкие исчезают куда-то за домик проката.

— Боря! – окликаю. – Далеко не уходите!

— Мы тут! – отзываются мальчишки и сразу пропадают.

Я кого-то из них знаю все жизнь, кого-то полгода, кого-то всего - ничего, но со всеми вместе очень легко. Если бы не было Самсонова…

— Маш, тебе не кажется, что все слишком тихо подозрительно?

Переглядываемся с ней.

— Пожар! – кричит кто-то из мальчишек.

— Стоп! Подождите взрослых! – Кричит Боря.

— Я умею тушить.

— Пшшшшш!

Мы все выскакиваем и бросаемся за дом.

— Правее! Еще правее! Дым идет!

Боря…

Забегаем за угол. Белая пудра полукругом ложится на дверь бани, на порожек, на веник у стены. Мишка гордо жмет рычаг, Боря направляет "ствол" как учили "в мультиках про спасателей", Матвей показывает на окно из которого валит дым.

— Кажется, кто-то "жахнул огнетушителем", – выдыхает Ваня.

Дверь в баню раскрывается.

— Деточки, вы чего… Я баню топлю! Это дым из трубы, а не пожар! – кашляет, отмахиваясь.

— Стоп, оружие на предохранитель, – спокойно, коротко. Забирает у Бори огнетушитель, опускает сопло вниз. – Тревога ложная. Баня топится.

— Мы… подумали, что-то загорелось.

— Дым же шел!

— Мы же как настоящие пожарные!

— Вы – молодцы, что заметили и не прошли мимо, – Ник приседает, чтобы смотреть каждому в глаза. – Но порядок такой: увидел дым – зови взрослого. Всегда. У дыма и пожара разные "подписи". Смотри: из трубы – ровный белый дым, пахнет хвоей и дровами. Пожар воняет едко, чернеет, прет из щелей, а не из трубы и в окно. Поняли?

— Поняли… – хором трое, виновато пряча носы.

— Мы топим баню по-черному, теперь будет по-белому, – усмехается банщик.

Я прикрываю рукой глаза. Хорошо, хоть не мой один накосячил. У меня внутри проваливается пол. Я уже вижу счет за оборудование, штраф за порчу, разговор с администратором базы, как я продаю свою почку и мозг в рассрочку.

— Знала, что ехать сюда будет плохой идеей.

— Кира, спокойно, – мягко кладет ладонь мне на локоть Никита. – Я все улажу.

— Как ты уладишь? – шепчу зло. – Они распылили два огнетушителя! Тут полдвора как под мукой!

— Наш косяк, – хлопает его по плечу мужчниа, – мы вам перезарядим огнетушители, ребята все уберут. Инструктаж, чем пар отличается от дыма проведем. Извините.

— Да уж, будь настоящий пожар, потушили бы точно.

— Это да.

— А где так научились-то пользоваться огнетушителем.

— Меня папа научил, – улыбается Мишка, сын Вани.

— И меня, – поддакивает Матвей.

— Я не умею, – опускает плечи Боря.

За него я опускаю глаза. Есть вещи, которым мама не научит.

— Так, ребята, берем ведра и убираем пену.

— Мам, мы хотели как лучше… Прости, – теребит мне платье Боря.

— Знаю, – вздыхаю, вытираю ему щеку белым пальцем и тут же смеюсь: – вы молодцы, что не остались в стороне, но как говорит Никита, лучше зовите взрослых, если они рядом.