Книга Диагноз: В самое сердце, страница 109 – Ольга Тимофеева

Фух. Выдыхаю. В это можно поверить, но сложно принять. Просто смириться надо. Так правильно, Жень. У него жена, сын, заграница. Я никак не вписываюсь в его мир. Могла бы вписаться, если бы он захотел, но он не захотел.

Бывает же, что череда каких-то случайных событий вот так складывается и ты пытаешься ей противостоять, что-то делаешь, но как будто уже бесполезно всё. За меня там давно все где-то решено.

Сижу в туалете у родителей и кручу в руках тест на беременность. Можно, конечно, и дома было это сделать, но там ещё страшнее оказаться один на один с этой проблемой.

Записку от Амосова после того, как увидела переезд его жены, я решила не читать. Не хотелось жалости к себе, его извинений и … в общем, дура. Следующий раз надо читать все и сразу.

Надо отдать должное, честность - это то, что у него не отнять. Написал все как есть. Работа у него, карьера, я классная и всё такое.… Главное, что написал, что секс у нас был без презерватива. Извинился, предупредил, написал выпить таблетки экстренной контрацепции. Но если “что-то пойдет не так” написать ему. Я тогда пулей в два часа ночи поехала в ближайшую аптеку-24 часа, таблетку выпила там же. Но пошли уже четвертые сутки. Процентов пятьдесят, что она бы не сработала. Хотя я надеялась всё же на удачные пятьдесят. По прогнозам до пяти дней она может действовать, если конечно оплодотворение уже не произошло.

Сегодня третий день задержки. Зачем я вообще полезла целоваться? Захотелось, блин. Теперь переживай.

Страшно, капец. Но я настраиваю себя, что не беременна. Ну не может такого быть, что раз и все. Вот так с первого раза. Люди вон рассчитывают дни, планируют, ведут дневники овуляции. Я же не такая “везучая”.

Просто перенервничала в прошлый месяц. Сначала Вадим, потом Инна, Артём. Потом эта ситуация с женщиной той. Я ещё не начала работать, а на моих руках условно уже была смерть пациента. И пусть я там косвенно в этом участвовала, но тысячу раз задавала себе вопрос, а вдруг этого бы не произошло, если бы я тогда не вмешалась? И этот вопрос настолько въелся в голову, что я думала об этом каждый день. Что я могла бы изменить? Как бы снять с себя эту вину? Понятно, что человека не вернуть, но как помочь другим? Можно вообще кому-то помочь?

Я не готова сейчас брать ответственность за кого-то, лечить, воспитывать, не хочу ничего. Хочу свою прошлую жизнь.

И, если с лечением я нашла выход, пойти учиться дальше и получить второе медицинское образование, то с возможным воспитанием ребёнка это никак не вяжется.

Я не хочу детей. То есть пока не хочу. Вот так не хочу. Хочу распланировать все, хочу замужем быть, чтобы муж был и его поддержка, а не вот так. Никак.

Нога нервно дергается. Да нет же. Нет. Не беременна я.

Выжидаю точное время, чтобы наверняка не было никаких ошибок. Результаты теста сжимаю в кулаке.

Сидя на унитазе со спущенными джинсами, визуализирую картинку, что у меня там в животе пусто. Никого нет. Никаких детей. Я не готова. Я не хочу. Я вообще без мужчины. Мне что, принести этого ребёнка к ногам Амосова и умолять вернуться?

Ага. Пообещать ему ещё робота купить. И должность главврача.

А вдруг? Что делать тогда? Выпить таблетку это одно. Делать аборт…

Так. Стоп.

Я просто устала. Просто задержка. Бывало такое на сессии и раньше. Ничего. Амосов вообще старый. Там какие уже сперматазоиды? Пенсионеры, наверное. Пока до моей розочки доберутся, поседеют.

Аутотренинг помогает. Я расслабляюсь. Пятьдесят процентов против, но пятьдесят-то у меня есть.

— Жень, нормально все? – дергаюсь от голоса папы.

Смотрю на часы. Пять минут уже прошло. Результат точно есть.

— Да, папуль, иду.

Скрещиваю безымянный и мизинец. Всегда везло, когда так делала раньше. Выдыхаю, улыбаюсь. Представляю, как осенью начну учиться снова, только уже на кардиолога.

Всё хорошо.

Я не беременна.

Выдыхаю и переворачиваю тест.

Пиздец, Амосов. Прими мои поздравления.

Конец