Книга Запасные крылья, страница 92 – Лана Барсукова

— Так у вас же дверцы шкафа над унитазом разной ширины выходят. Вот смотрите, центр симметрии задается кнопкой смыва на инсталляции, получается, что правая дверца на пять сантиметров шире левой.

Ольга Грин удивилась, сложила бровки домиком и попыталась сложить цифры. Но цифры не бровки, с ними возникли трудности.

— Евгений, вы странный человек, – обиделась Грин. – Надо считывать общий замысел, а не придираться к деталям. Вот вы заходите в санузел, справа мерцает зеркало, упаси боже, не обычное. Я вижу тут графитовый оттенок, это будет нескучно. Бронзу я отвергла, она намекает на ар-деко, а это сейчас не в тренде. А слева у нас стеклянная панель, визуально делящая пространство на душевую и зону релакса. Эта панель как бы парит, она отражается в графитовом зеркале, что создает эффект отсутствия вашего присутствия на унитазе. Ширина створок теряется в общем визуальном восприятии.

— Ну не знаю, – задумчиво разглядывал чертеж Женя. – Я бы все равно заметил, а уж моя мама…

— Ваша матушка тоже математик?

— Нет, просто она порядок любит.

Ольга Грин посмотрела на него с сочувствием.

— Упс, засада, – продолжал инспектировать чертеж Женька. – Вам надо полотенцесушитель вправо сместить на десять сантиметров.

— Зачем?

— Так радиус открывающейся двери… Дверная ручка прямо по трубке шарахать будет. А еще у вас розетка стеллажом перегораживается.

Грин искала глазами Киру, чтобы подать сигнал тревоги. В их богемной среде завелся жлоб, который придает значение таким пустякам, как столкновение дверной ручки с полотенцесушителем. Это почти возмутительно. Она ему про образ, а он ей про геометрию. Ольга Грин согласна была считать только рубли, но никак не сантиметры.

— Молодой человек, – холодно сказала Грин, – видимо, вы не мой клиент. Мне было бы трудно найти с вами общий язык.

Про себя она подумала: «Быдло». А Женька ничего не подумал. Он уже переключился на парня в зеленых очках, как у жителя Изумрудного города.

Тот протянул руку для знакомства, вычислив Женьку как новенького.

— Болт, – представился он.

Женя растерялся. Он думал, что разные там Винтики и Шпунтики бывают только в книжках про Незнайку. В мужике было более центнера живого веса. Тонкие дужки зеленых очков впивались в мясистую рожу.

— А почему Болт? – спросил Женька.

— Знаешь выражение «положить болт»?

— Ну это типа забить на что-то, проигнорировать.

— Верно! – возбудился толстяк. – Я кладу на все! Это мое кредо! Я сам и есть живое воплощение тотального игнорирования условностей. Бесит, сука…

— Что именно?

— Да все! Не мир, а сплошное гламурное убожество. И я ему бросаю вызов, говорю как есть. Если что, я – блогер. Ты, кстати, на меня подписан?

— Понял. Значит, «положить болт»… Но ведь в этом выражении «болт» – заместитель названия мужского детородного органа. Выходит, вы Пенис? – Женька не хотел хамить, просто он, как истинный математик, предпочитал быть точным.

Болт посмотрел сквозь зеленые очки на идейно чуждого ему человека, увидел подобие лягушки и презрительно ухмыльнулся. В голове уже сочинялся новый пост для блога. Он так и начнет его: «Встретил сегодня гребаного знатока русского языка. Все пуговицы на месте, все мысли по полочкам. Бесит, сука…» Его дух бунтаря питался лайками.

— Иди на хрен, – беззлобно послал он и пошел искать, где тут раздают еду.