Книга Запасные крылья, страница 90 – Лана Барсукова

— Это если вкратце, – закончила она свой рассказ.

«А семейка-то с приветом», – подумала Зинаида, у которой от мучительных потуг следить за хитросплетениями прибабахнутой семьи заболела голова.

— Да, у нас не самая обычная семья, – словно подслушала Кира. – Но именно этот коктейль кровей наградил меня нестандартной внешностью.

«Наградил так наградил, хоть свечку в церкви ставь», – подумала Зинаида, каждый раз испытывающая позыв перекреститься, когда Кира выходила из ванной ненакрашенная. На ее фоне белая моль выглядела кокетливой куртизанкой, переборщившей с румянами.

Кстати, про ванную. Даже принесенный с улицы котенок испытывает стеснение, постепенно осваивая новое место. Кира проглотила квартиру целиком, не поперхнувшись. Через десять минут после того, как она переступила порог, ей понадобилась зарядка для телефона, ложка меда для собственной зарядки и пластырь для пятки. Понятно, что при таких аппетитах ванна была захвачена ближе к вечеру.

— А как она с мокрыми волосами домой пойдет? – спросила Зинаида у сына. – Фен не дам, это негигиенично.

— Мам, она у нас ночует.

— С какого это перепоя?

— Ну мам…

С ужасом она увидела, что сын счастлив. Акула натянула канат так, что он почти выскользнул из Зининых рук.

— Ладно, она тут. А я где?

— Ты же вчера говорила, что Вобла тебе ключ оставила на всякий случай, пока она в командировке, – прямым текстом намекнул сын.

Воблой Женька называл соседку за ее сушеный вид и вечно поджатые губы. Зинаида изумилась мужской необъективности. На одну Воблу можно было выменять пучок таких, как эта Кира. Да и что касается губ, то они у Воблы хотя бы есть, а Кире их нужно рисовать. В естественном виде эта модель напоминала Страшилу, которому после дождя приходилось заново расписывать морду лица.

— Где ты только нашел такую красоту? – не выдержала Зина.

— Мам, не начинай. Ты не понимаешь, она модель, это такая особая внешность, которая вдохновляет художников.

— Так ты-то не художник! – закричала мать. – Ты нормальный парень!

— Кто тут у нас нормальный парень? – На пороге ванной появилась Кира. Она обмоталась полотенцем, которого хватило на три оборота вокруг ее тощей фигуры.

— Мой сын нормальный человек, – бросила перчатку Зинаида.

— Нормальность – это скучно. – Кира приняла вызов. – Не клевещите на сына, он у вас не такой.

Зинаида хотела привлечь к ответу Женьку и уже открыла рот, но перехватила его взгляд, и ее сердце упало. Упало и разбилось. Он смотрел на Киру так, как ни один мужчина никогда не смотрел на нее, хотя при ней были и грудь, и бедра. А тут ровная доска, завернутая в полотенце, вызывает столько восторга. Может, он и вправду ненормальный? «Трындец», – сказала себе Зинаида.

Кира босыми ногами, напоминающими две бельевые веревки с узлами на месте коленок, прошла на кухню.

Женя, не в силах сдержать переполнявшие его эмоции, повернулся к матери.

— Какова? – прошептал он.

— Крепыш из Бухенвальда, – нарочито громко сказала Зинаида.

Сердито сопя, она пошла искать ночнушку и ключ от квартиры Воблы.

Спать ей предстояло на новом месте, и очень хотелось, чтобы по традиции приснилось то, что уготовано неумолимой судьбой. Саму Зинаиду женихи не интересовали, у этого запроса давно истек срок давности. Хотелось заглянуть в будущее сына. «Пусть приснится хоть Собчак, только не Кирка», – молилась она. Бог удовлетворил просьбу только наполовину. Кира действительно не приснилась. Но и других вариантов не было. Зинаида проспала до позднего утра как убитая, без утешительных сновидений.