Книга Запретная роль, страница 116 – Оксана Хващевская

— И я знаю, что ты должен уйти, но также понимаю, что я не хочу тебя отпускать! — негромко ответила она, встречая его взгляд. — И плевать мне уже на штамп в твоём паспорте. Наверное, это зависимость. И тут в пору вспомнить о гордости, а мне и на неё плевать. Для меня просто очень важно знать, что я, как и прежде, в твоём сердце…

Гордеев порывисто поднялся, шагнул к ней, развернул кресло и, опустившись перед ней на колени, поднял глаза.

Ощущение счастья, от которого хотелось плакать и смеяться, снова рождалось в душе каждый раз, когда Маша встречала взгляд Гордеева. Именно он красноречивее любых слов говорил о том, что его женитьба и Елизавета Аверьянова ничего не изменили в его чувствах к ней. Они всё так же сильны и неизменны, а его семейное положение — это просто штамп в паспорте и обручальное кольцо на безымянном пальце, которое он не носил. Та ночь в Санкт-Петербурге позволила Маше простить его, отпустить обиды и даже смириться. Почему-то сейчас показалось: это того стоило. Она понимала, что за прошедшие после расставания месяцы, смогла примириться и взять себя в руки, чтобы жить дальше. Но противиться его любви и той слабости, которую вызывали в ней его руки и губы, не могла. Сил не было и желания. К тому же она не сомневалась, что его сердце принадлежит ей. Как будет дальше, Маша не знала, но догадывалась… А впрочем, не всё ли равно? Теперь ей уже не важен был итог. В конце концов, у неё было всё, о чём она мечтала. И любимый мужчина рядом, пусть даже чаще всего по утрам им придётся просыпаться не только в разных постелях, но в городах и даже странах. Но и это, наверное, не имело значения, главное, её уверенность в его любви. А он, конечно, найдёт возможности и варианты, которые позволят им быть вместе как можно чаще. И потом, разве можно жить с нелюбимыми? Ведь не может же Лиза Аверьянова не чувствовать, что нет у Гордеева к ней чувств, а жить, рожать детей, всё время притворяясь, невозможно. Пусть новоиспечённая госпожа Гордеева юная, но ведь отнюдь не глупая. Однажды она всё поймёт. Почувствует.

А потом придёт осень, зима, весна и снова лето… Подрастёт Сашенька, Катюша пойдёт в первый класс. У Маши будут новые роли, успешные фильмы и награды. Она будет ещё тщательнее оберегать свою личную жизнь, роняя случайные фразы в интервью, лишь намекая на то, что счастлива и любима. И однажды её избранник и личная жизнь покажутся окружающим просто эфемерной иллюзией, в которую перестанут верить. И даже она сама однажды устанет от бесконечной лжи, потому что Маша не из тех людей, которые могут довольствоваться отношениями на расстоянии и украденными встречами. Возможно, когда-нибудь Гордеев бросит Лизу. А может быть, наоборот, она родит ему сына, и однажды, разлюбив Машу, Гордеев другими глазами посмотрит на свою молодую жену. Возможно, когда-нибудь они смогут быть вместе, а может быть, наоборот, их судьбы так никогда и не соединятся. И вся её жизнь будет подчинена только одному — ожиданию. И в конце концов она примирится с этим. Что ж, наверное, так в жизни и должно быть. В противовес хорошему, для равновесия, даётся и что-то нелёгкое и горькое. Жизнь не идеальна, и кому, как не Маше, об этом знать…

— Неужели хоть на мгновение ты можешь сомневаться в этом? — негромко, вкрадчиво и хрипловато спросил он. — Так будет всегда. Ты навсегда в моём сердце, что бы ни случилось! И мне бесконечно дорог каждый шаг, который мы прошли и ещё пройдём вместе… — сказал он и уткнулся лицом в её колени.