Книга Нас больше нет..., страница 47 – Дарина Королёва

Я посмотрела на него с благодарностью:

— Евгений, вы так добры ко мне. Почему?

Он взял меня за руку, его пальцы были тёплыми и надёжными. Его глаза, серьёзные и глубокие, как океан, смотрели прямо в мою душу:

— Потому что вы особенная. И заслуживаете счастья. Каждый его заслуживает, но вы... вы сражаетесь за него каждый день. Это достойно восхищения.

Вечером того же дня он неожиданно пригласил меня в ресторан, его предложение прозвучало как приглашение в другой мир, где нет боли и потерь.

— Вам нужно отвлечься, — сказал он, его голос был мягким, но настойчивым. — Позвольте мне позаботиться о вас хотя бы один вечер.

Я колебалась, чувствуя себя канатоходцем над пропастью. Соня, работа, траур... Но что-то в его взгляде, какая-то магнетическая сила, заставило меня согласиться.

Ресторан оказался оазисом спокойствия и уюта. Мягкий свет свечей, тихая музыка — всё это создавало атмосферу другой реальности, где горе и заботы оставались за дверью. Евгений заказал вино и лёгкие закуски, его выбор был безупречен, как и всё, что он делал.

— За новое начало, — сказал он, поднимая бокал. В его глазах плясали отблески свечей, а может, это был огонь надежды?

— За новое начало…

После этого вечера что-то изменилось, словно мир обрёл новые краски. Евгений стал чаще подвозить меня, мы ходили в кино, гуляли в парке. Я чувствовала, как между нами растёт что-то большее, чем просто дружба — это было похоже на нежный росток, пробивающийся сквозь асфальт моей прежней жизни.

Однажды я решилась на шаг, который казался мне одновременно и страшным, и неизбежным — познакомить Евгения с Соней. Мы встретились в парке развлечений, этом царстве детского смеха и беззаботности.

— Привет, принцесса, — сказал Евгений, присаживаясь перед Соней на корточки. Его голос был мягким, как пух, а улыбка — тёплой, как летнее солнце. — Я много о тебе слышал.

Соня смотрела на него широко раскрытыми глазами, в которых плескалось любопытство:

— Вы тот самый доктор, который спас мамочку?

Евгений рассмеялся, его смех был заразительным, как весенняя капель:

— Да, это я. А теперь давай-ка прокатимся на карусели! Готова к приключениям?

Весь день Соня не отходила от Евгения, словно он был волшебником из её любимой сказки. Они катались на аттракционах, взлетая к облакам и падая вниз с визгом восторга. Ели мороженое, оставляя сладкие усы над улыбающимися губами. Смеялись над его шутками, и их смех сливался в одну прекрасную мелодию.

Вечером, когда мы возвращались домой, Соня сонно пробормотала, прижимаясь ко мне:

— Мамочка, а можно Евгений будет приходить к нам чаще? Он такой хороший. С ним весело, как... как с папой, только лучше.

Я посмотрела на Евгения, чувствуя, как к горлу подкатывает комок. Он улыбнулся и взял меня за руку, его прикосновение было как обещание.

— Конечно, милая. Если Евгений захочет.

— Я очень хочу, — тихо сказал он, и в его голосе была уверенность человека, который знает, чего хочет от жизни.

На следующий день Евгений пригласил меня в свой кабинет в клинике. Когда я вошла, он стоял у окна, глядя на город внизу. Обернувшись, он посмотрел на меня взглядом, в котором читалась решимость.

— Я изучил историю болезни Сони. И у меня есть план лечения.

Я затаила дыхание:

— Правда? Ты уверен?