Книга Нас больше нет..., страница 45 – Дарина Королёва

Однажды, когда я сосредоточенно намывала посуду, до меня донеслись обрывки разговора медсестёр.

— Ты слышала новость? Евгений Александрович расстался со своей фурией! — возбуждённо щебетала одна.

— Да ладно! С той фотомоделью? — недоверчиво переспросила другая.

— Ага. Поговаривают, она ему изменила. С каким-то олигархом закрутила.

— Ничего себе поворот! Значит, у нас появился шанс, а?

Их смех прозвучал как удар грома. Я застыла, боясь пошевелиться.

"Он свободен?" — эта мысль ударила под дых, выбивая воздух из лёгких. Но тут же пришло отрезвление.

"Что это меняет? Он — успешный врач, владелец клиники. А ты? Всего лишь буфетчица с ребёнком на руках. Не смеши себя, Лида".

Вечером, укладывая Соню спать, я, как обычно, рассказывала ей сказку. На этот раз история была о прекрасном докторе, который помогал всем вокруг и никогда не отказывал в помощи даже самым бедным пациентам.

— Мамочка, — пробормотала Соня сонным голосом, — а этот доктор... он похож на того дядю, который тебя подвёз?

Я замерла, пораженная её проницательностью. Неужели мои чувства настолько очевидны, что даже ребёнок их заметил?

— Почему ты так думаешь, солнышко? — осторожно спросила я.

— Потому что ты всегда так странно улыбаешься, когда говоришь о нём, — ответила она, закрывая глаза. — Как принцесса из мультика.

Я сидела рядом с её кроваткой, размышляя над её словами. Неужели мои чувства написаны у меня на лице? И что мне теперь с этим делать?

На следующий день в клинике судьба снова столкнула меня с Евгением. Мы пересеклись в коридоре — он выглядел уставшим и каким-то потерянным, совсем не похожим на того уверенного в себе мужчину, которого я привыкла видеть.

— Лида, — сказал он, заметив меня, и в его голосе прозвучало облегчение, — как хорошо, что я вас встретил. Не откажетесь выпить со мной кофе?

Мы направились в его кабинет. Пока он колдовал над кофеваркой, я украдкой осматривалась. Всё здесь дышало успехом и достатком — дорогая мебель, картины на стенах, последние модели медицинского оборудования. Я чувствовала себя не в своей тарелке, словно случайно забрела в чужой, недоступный мне мир.

— Знаете, — вдруг произнёс Евгений, протягивая мне чашку с ароматным напитком, — иногда мне кажется, что вся эта роскошь — просто мишура. Главное — это люди, которые рядом с тобой. Те, кому ты по-настоящему небезразличен.

Я смотрела на него, не зная, что ответить. В его глазах читалась усталость и... тоска? Он сделал шаг ко мне, и я почувствовала тепло его тела, уловила знакомый аромат его парфюма.

— Лида, — произнес он тихо, почти шёпотом, — вы удивительная. Вы... настоящая. В мире, где всё продаётся и покупается, вы как глоток свежего воздуха.

Его лицо оказалось так близко, что я могла разглядеть каждую морщинку вокруг его глаз, каждую ресницу.

В ушах шумела кровь. Казалось, весь мир замер в ожидании…

Поцелует? Меня…

И вдруг резко зазвонил телефон, разрушив момент.

Евгений отступил, извиняясь, и ответил на звонок. Я выскользнула из его кабинета на ватных ногах, чувствуя себя оглушённой.

"Что это было? Неужели он... Нет, не может быть".

Я качала головой, пытаясь прийти в себя, вернуться в реальность, где красивые доктора не влюбляются в одиноких матерей-буфетчиц.

Вечером, лёжа в постели, я снова и снова прокручивала в голове эту сцену. Его глаза, его голос, тепло его тела...