Книга Нас больше нет..., страница 44 – Дарина Королёва

Я нервно постукивала ногой по асфальту, то и дело бросая взгляды на часы, которые, казалось, издевались надо мной, отсчитывая минуты с садистской медлительностью.

"Ещё чуть-чуть и придётся вызывать такси".

Эта мысль заставила меня поморщиться — лишние траты были сейчас совсем некстати. Бюджет трещал по швам, и каждая копейка была на счету.

Вдруг, словно по мановению волшебной палочки, рядом со мной остановилась знакомая серебристая Ауди. Её хромированные детали отражали тусклый свет фонарей, придавая машине почти мистический вид. Стекло медленно опустилось, и я увидела улыбающееся лицо Евгения. Его глаза, цвета штормового моря, смотрели на меня с искренним удивлением и... чем-то ещё, что я не могла разгадать.

— Лида? Что вы делаете здесь в такой час? — его бархатный голос прозвучал как музыка в шуме вечернего города, а, естественно, растерялась при виде него.

— Жду автобус, — стараюсь говорить ровно. — Нужно забрать дочку из садика.

— Садитесь, я вас подвезу, — предложил он, открывая дверь. В этом простом жесте было столько галантности и одновременно настойчивости, что я поняла — выбора у меня нет.

Я замерла на мгновение, взвешивая все "за" и "против". Разум кричал об осторожности, но сердце... сердце уже приняло решение. "А что, если это мой шанс? — подумала я.

Шанс, который я могу упустить, если сейчас струшу?

— Спасибо, — выдохнула я, забираясь в машину.

Салон окутал меня ароматом дорогой кожи и терпким, мускусным запахом парфюма Евгения. Я чувствовала себя Золушкой, случайно попавшей на бал. Евгений, казалось, не замечал моего смущения, или умело это скрывал.

— Рассказывайте, как ваши дела? — спросил он, вклиниваясь в поток машин.

И тут словно плотину прорвало. Слова полились из меня бурным потоком — о Соне, о моём одиночестве, о бесконечной борьбе с бытом и финансами, о несбывшихся мечтах и робких надеждах. Евгений слушал с неподдельным интересом, не перебивая, лишь изредка кивая или хмуря брови.

— Знаете, Лид, — произнёс он, когда я наконец замолчала, переводя дыхание, — вы удивительная женщина. Пройти через такие испытания и сохранить в себе столько... света. Это дорогого стоит.

Я почувствовала, как щёки заливает румянец. Его слова, простые и искренние, согрели душу, словно глоток горячего чая в морозный день.

— Спасибо, но я просто делаю то, что должна. Ради Сони. Она — мой якорь в этом безумном мире.

Мы подъехали к садику. Евгений припарковался и повернулся ко мне. В полумраке салона его глаза казались почти чёрными, гипнотизирующими.

— Послушайте, — сказал он, доставая визитку. — Это мой личный номер. Я даю его только близким и... важным людям. Запишите его.

Я бережно взяла картонный прямоугольник. Этот маленький кусочек бумаги вдруг показался мне ключом от двери в новую жизнь.

— Спасибо, Евгений. За всё!

Выйдя из машины, я направилась к садику, сжимая визитку в руке, будто талисман.

На следующий день, переполненная решимостью и страхом, я попросила о переводе в буфет клиники. Это казалось безумием, но я не могла упустить шанс быть ближе к Евгению, узнать его лучше, понять, что кроется за маской успешного врача.

Работа в буфете открыла передо мной новый мир. Я часто видела Евгения — он всегда здоровался, иногда задерживался, чтобы обменяться парой фраз. От этих мимолётных встреч у меня кружилась голова, словно от глотка шампанского.