Книга Развод. Свободна по собственному приказу, страница 21 – Ирма Шер

Я еле достаю Антону до плеч. А он словно каменная стена, что закрывает меня от всего внешнего мира. Его рука лежит у меня на талии, тяжёлая и тёплая, и это тепло проходит сквозь все слои одежды, сквозь пальто, сквозь всё что есть на мне и добирается до кожи. Проникает глубже.

Я прячу свободную руку в карман и думаю, что давно не замечала, как умею быть маленькой.

— Как родители? Давно звонили?

— Всё хорошо. — Я отвечаю и чувствую, как в груди что-то потеплело от самого вопроса. Он спросил. Сам. Первым. — Мама говорит, у бабушки анализы в порядке. Спрашивала, когда нас ждать в гости?

— Ох, Варвара, — он качает головой с той интонацией, которая у него означает нежное раздражение. — Пока отпуск не дают. Но к лету, думаю, съездим.

Мы идём дальше. Каблуки стучат по брусчатке, и я думаю: вот так, просто идти рядом, уже хорошо. Почему я так редко позволяю себе просто чувствовать, что все хорошо?

Телефон в кармане Антона начинает вибрировать. Он не достаёт его. Я смотрю на него с удивлением, которое не успеваю спрятать.

Антон всегда на связи, это такая же часть его, как форма или короткая стрижка, но он не реагирует на мой взгляд. Смотрит вперёд. Вибрация затихает.

Что-то в этом молчании меня беспокоит. Не тревожит, а именно беспокоит, как камушек, что застрял в ботинке. Маленький, но чувствуется при каждом шаге.

— Варя, мне тут порекомендовали хорошего врача, по женской части.

Вот оно.

Я физически чувствую, как внутри что-то схлопывается. Как будто тело уже знало, что это произойдет, просто ждало, когда именно. И всё тепло от ужина, от его руки на моей талии, от его взгляда за столом отодвигается куда-то подальше. За невидимый барьер.

— Давай ты к ней сходишь, может анализы какие сдать надо.

— Антош…

— Нет, правда, — перебивает он легко, как будто я начала говорить о чём-то несущественном. — Витамины пропишет, ещё что-нибудь посоветует. Это же несложно, Варь.

Несложно.

Я запоминаю это слово. Кладу его рядом с другими, теми, которые он произносит не думая, а я потом не могу забыть.

— Давай сходим вместе, — говорю я. — Проверимся оба.

Он смотрит на меня и в его взгляде такое искреннее, незамутнённое удивление, что у меня на секунду перехватывает дыхание. Он не притворяется. Он правда не понимает, о чём я.

— А мне зачем? — в голосе теперь лёгкая обида. — У меня всё в порядке. Женщина вынашивает ребенка, если не получается, значит, и смотреть надо женщину. Я медкомиссию каждый год прохожу, здоровый мужик. Давай не надо перекладывать…

Я молчу. Не потому, что не знаю, что ответить. А потому что знаю слишком хорошо, что любой мой ответ сейчас станет началом другого разговора. Того, который мы уже вели. И который всегда заканчивается одинаково.

Он снова за меня всё решил. С заботой. С правильными словами. Не заметив, что я стояла рядом и тоже что-то чувствовала по этому поводу.

Телефон звонит снова. На этот раз Антон достаёт его, смотрит на экран дольше, чем нужно. Принимает вызов, долго слушает. Лицо ровное, без эмоций. Потом сбрасывает вызов и убирает телефон в карман.

— Поехали домой. Поздно уже.

Он разворачивается. Я стою секунду и смотрю на огни, что отражаются в мокром асфальте, на наши с ним отражения, такие близкие и такие параллельные и иду следом.

Его рука снова ложится мне на плечо. Тёплая, тяжёлая, привычная.