Книга Крепкое плечо, страница 21 – Татьяна Чащина-Анина

— Это не в счёт, — он продолжал смотреть на меня, и я почувствовала себя немного неуютно. Уж больно строгий и пронзительный у него взгляд. — Мне хорошо с тобой, не помню уже такого. И зачем всё портить и терять? Выходи за меня.

— Володя, сутки знакомы. Блуднице определён срок подумать над предложением блудника?

— Пока мы живы, мы можем всё исправить, — он снял сапоги и джинсы расстегнул. — Раздевайся, будем наслаждаться.

Пока мы живы… Есть возможность всё изменить…

Я положила свою сумку на камни, сняла тапочки, ощутив ступнями, лёгкую прохладу. Скала стояла в тени, не прогрелась.

— Ты самый лучший собеседник, — прошептала я. — У меня никогда не была мужчины-друга.

— Друг? — вспыхнул Володя с возмущённой усмешкой. — Ты, радость моя, меня отфрэндзонить собралась?!

— Не-ет, — рассмеялась я, когда поняла, что он сказал. Это работа с подростками подкидывает в словарный запас новые словечки. Он полез меня раздевать. Я пятилась назад, но Володька ухватил меня за футболку и стянул её. Насладился видом грудей в бюстгальтере.

У него в шортах поднялся член.

— Раз я друг, предлагаю дружбу скрепить половым актом, — жадно ласкал меня взглядом Володька.

— А вдруг кто-нибудь увидит, или рыбаки проплывут? — стала отталкивать его горячие ладони от себя.

— Мы им помашем, — задыхался он, закалывая меня беспощадно своей бородой. Осыпал влажными поцелуями лицо и шею.

— Голыми задами, — сказала я, и мой рот накрыли мягкие губы.

Прямо у дерева. На весу, как некоторые любят. Пальцы ног щекотала зелёная листва, скрипели ветки. Я уже ничего не видела, открыв рот, стонала и вскрикивала, наслаждаясь жёстким членом внутри себя, от которого всё ныло, текло и деревенело.

Он так любил: с напором, на больших скоростях. А я к такому не привыкла, не знала, куда девать столько страсти и огня.

Вся экзотика нудизма и лёгкое стеснение, что будоражили вначале, сошли на нет. И даже если бы стоял десяток рыбаков и наблюдал за тем, что со мной делают, я бы крикнула: «Продолжай!»

Это было настолько восхитительно и невыносимо одновременно, что я опять рыдала, чувствуя твёрдый орган, что пробирался в глубины. И со шлепками его бёдер раздавались развратные хлюпанья.

Низ живота свело, все мои женские органы напряглись. От тяжести и грубого проникновения налились складочки, к клитору было не прикоснуться: он стал сверхчувствительным. Мужчина выходил из меня размеренно и вбивался резкими толчками прямо вглубь. И с каждым ударом, как с ударом плети, я вскрикивала, не стесняясь местных лесных жителей.

Володя зарычал, прикусил мочку моего уха. Ещё пара толчков, и я почувствовала внутри пульсацию и разливающееся семя. Мужчина потёрся об меня, задев воспалённый клитор, и я моментально словила оргазм, и непонятно какой, потому что где-то глубоко трепетала матка, разнося крышесносное исступление, и потом ещё ближе к любовнику моя возбудившаяся горошина отправила импульсы по всему телу.

Я содрогалась, меня всю заламывало. Судороги удовольствия накрыли всё тело.

С каждым разом всё ярче и ярче. Раньше такого исступления в сексе не получала. Изменилась. Взрослая стала, и удовольствие какое-то невероятное. Меня и завести теперь легко. Член стоит — надо пользоваться. А то помнится мне, что некоторые мужья мало что могут.