Книга Друг отца. Он не отпустит, страница 39 – Майя Новак

— Гордей! Соболев, черт подери! Не смей отдавать меня! Я вам не игрушка и не вещь! Верните меня назад.

— Да заткнись ты, — рычит один из верзил и заталкивает меня в черный внедорожник.

Тут же с другой стороны залезает еще один такой же шкаф, и они зажимают меня своими телами.

— Пошел ты! Мудак! — ору, срывая горло.

Тот, что слева, замахивается и отвешивает мне такую пощечину, что начинает звенеть в ухе. Я даже зависаю на несколько секунд. До сих пор не могу поверить в то, что кто-то посмел поднять на меня руку.

Машина заводится и отъезжает от крыльца. Только сейчас я понимаю, что все произошедшее не какая-то дурацкая шутка.

Я ведь привыкла, что папа всегда меня защищает. Я в безопасности, и никто не посмеет тронуть меня. А теперь… чем дальше джип от дома Соболева, тем сильнее я сомневаюсь в своей неприкосновенности.

— Куда вы меня везете? — спрашиваю хриплым голосом.

Горло пересохло, а по коже бегут противные, колючие мурашки.

— Туда, где ты заткнешься, — рявкает громила справа. — А если нет, у нас будет возможность закрыть тебе рот известным способом.

— Может, пользы будет больше, — противно ржет тот, что слева.

Я уже открываю рот, чтобы запугать их своим папой, но вспоминаю, что и он сам сейчас, кажется, в опасности.

Внезапно машина так резко тормозит, что я от неожиданности даже прикусываю язык. Меня швыряет вперед, и я в ужасе вскрикиваю, когда кто-то рядом с машиной выпускает по ней целую автоматную очередь.

Вскрикнув, падаю головой на колени одного из громил. Водительская дверца открывается. Как и обе задние. Громил кто-то вытаскивает. Звучат маты, удары, сдавленные хрипы.

А я уткнулась лицом в ладони и лежу на сидении, не двигаясь.

— Арина, выходите, — говорит кто-то, и я сажусь на сиденье. Поднимаю голову и смотрю на мужика в черной форме и такого же цвета балаклаве. — Вам ничего не угрожает. Выходите, я отвезу вас в безопасное место.

— Кто вы такие? — спрашиваю дрожащим голосом.

— Гордей Тимурович прислал нас. Пойдемте. Через пару часов вернем вас назад к нему. Давайте.

Я медленно выбираюсь из машины и становлюсь на дрожащие ноги. Все тело трясет от ужаса.

Верзила берет меня за локоть и ведет к еще одному черному джипу. Тех, кто меня вез, скрутили и уже грузят в темно-синий микроавтобус.

Как только я сажусь на сиденье, тот, кто забрал меня, занимает место рядом, и машина трогается с места.

— А куда… куда мы едем? — спрашиваю, запинаясь.

— В безопасное место, — повторяет этот мужик.

— Ладно, — выдыхаю и, откинувшись на сиденье, прикрываю глаза.

Меня так сильно знобит, что зуб на зуб не попадает.

Я бы сейчас с радостью оказалась дома. Хочу забыть все сегодняшние потрясения. И Соболева заодно. Он отдал меня этим уродам! Позволил увезти меня из своего дома! Все его слова ни черта не стоят! Он просто попользовался мной, но помогать ни мне, ни моей семье не собирается.

Меня привозят в какой-то жилой комплекс. Громилы паркуют машину в подземном гараже и тащат меня к лифту.

— Может, я просто поеду домой? — спрашиваю.

— Там небезопасно, — коротко отрезает тот, который забрал меня из машины подонков, поднявших на меня руку.

Мы поднимаемся на восьмой этаж. Громила открывает квартиру и заводит меня внутрь.

— Еды здесь нет. Но если надо, скажите, мы принесем. С вами останется один из моих людей, так что поможет, если что.