Книга Жнец и ведьма. Том 1, страница 71 – Виктория Рогозина

Могилов медленно опустился на край стола, сцепив пальцы.

— Где она?

— Душа в контейнере, изолирована. Я покажу. Только… будь готов. Такое я вижу впервые.

Он кивнул. Но внутри всё уже сжималось в предчувствии. Он знал. Просто знал, что это будет связано с ней. С Варварой. С той, которую он отпустил… и с которой не смог разорвать связь.

По трубе с тихим металлическим гулом доставили контейнер — небольшой, гладкий, матовый, словно ничего незначащий снаружи, но тяжёлый внутри. Могилов щёлкнул пальцами, размыкая замки. Щелчки отозвались в воздухе тревожным эхом, будто предупреждение. Он аккуратно достал сферу.

На первый взгляд — обычная душа. Такие он держал в руках тысячи раз: теплится, пульсирует, слегка мерцает. Но в этот раз… что-то пошло иначе.

Сфера начала искриться — будто внутри неё вспыхнуло пламя. Магия с тонким шипением расползалась по воздуху, окутывая кабинет зловещим свечением. Контуры искрились, расползались, пока из полупрозрачной дымки не начал вырисовываться силуэт.

Через несколько секунд перед Матвеем стоял высокий мужчина.

Светлые, почти платиновые волосы. Хищно прищуренные серые глаза. Дьявольская, вызывающе уверенная улыбка, будто он — хозяин положения. Слишком ухоженный для мертвеца. Черный костюм сидел на нем безукоризненно, а по плечам, как по сцене, прошёлся холодный ветер, взъерошив невидимые крылья. Или тени.

Мужчина оглядел кабинет и с интересом уставился на Могилова. Матвей флегматично смотрел на душу, не меняясь в лице. Он чувствовал внутри тревогу, но внешне был холоден.

— Представься, — приказал он.

Мужчина лениво усмехнулся, сдвинул подбородок вперёд и сказал:

— Лекс. У меня сообщение для жнеца.

Тамарочка, до сих пор державшаяся за спинку стула, выдохнула и поспешно направилась к выходу.

— Десять минут, — сказала она, бросив на Матвея многозначительный взгляд, указывая на часы.

Дверь за ней захлопнулась. В кабинете наступила гнетущая тишина. Матвей не сводил глаз с Лекса.

— Говори, — коротко бросил он.

Лекс чуть склонил голову набок, как будто прислушиваясь к музыке, звучащей только для него. И с ледяной уверенностью сказал:

— Она просит подарить ей смерть без мучений.

Удар. Будто кто-то голыми руками сжал сердце. Матвей даже дышать забыл на секунду. Земля под ногами будто съехала вбок.

— Где она? Что с ней? — резко спросил жнец, голос звучал низко, опасно.

Лекс не переставал улыбаться:

— У оккультистов. Секта, притаившаяся в здании заброшенного театра за МКАДом. Они называют себя «Сыны Пепла». Варвара у них… уже почти неделю. Но держится. Пока ещё держится.

Матвей сжал кулаки, пальцы хрустнули от напряжения. Лекс, будто наслаждаясь его реакцией, медленно добавил:

— Они поняли, что она не обычная. Что её можно вскрыть. Забрать силу. Использовать. У них там ритуалы, кровь, огонь… они надеются пробудить что-то через неё. Или… вместо неё.

Жнец молчал. В глазах его полыхало. Рука дернулась к запястью, где под тканью рубашки всё ещё жгло проклятая метка. Лекс тихо сказал:

— Она просила лишь о быстрой смерти. Не знаю почему она просила передать это именно тебе, но…она сказала, что это важно.

Тишина. Давящая, леденящая.

— Не хочу, чтобы она умирала, — прошипел Могилов.

Он резко встал. Стул с грохотом отъехал назад. На лице — ничего. Внутри — огонь, разрушение, инкуб был на пределе, был готов рвать и метать. Он знал, куда идёт. И он знал, кто за это заплатит.