Книга Цвет греха. Белый, страница 182 – Александра Салиева

Нисколько не преувеличиваю. И имею ввиду вовсе не тех, у кого тоже фамилия Янг. Да, мы остаёмся жить на Сицилии, потому что солнечные рощи с красными апельсинами мне нравятся гораздо больше, чем не нравится вспоминать об Анне, которая пыталась избавиться от меня, или же о Фаре, которая решила помочь с этим своей дочери, поскольку всегда и во всём потакала её капризам, а ещё тихо ненавидела всё, что связано с матерью Айзека, то есть и самого Айзека тоже. Тем более, что уже ни одна из них не сможет причинить кому-либо вред. Если старшая из женщин отправлена в колонию, поскольку факт моего систематического отравления посредством добавления в пищу под крышей виллы Янг с её непосредственным участием доказан в суде, то младшая отправлена в психиатрическую лечебницу, её состояние рассудка оставляет желать лучшего до сих пор, да и вряд ли её в любом случае оттуда выпустят, ведь с девяносто процентной вероятностью она и правда виновна в том, что Елена упала с лестницы. На её месте я бы и сама ни за что не перестала прятаться в тех стенах после того, как Айзеку стало известно обо всём, включая подставу прошлых лет с Данте Аллегретти. Антонио тоже на глаза своему сыну больше не показывается. Никто не знает, куда он уехал. Нам всем с тех пор требуется немало времени, чтобы прийти в себя.

Но что-то я отвлекаюсь…

Внутренний двор виллы, часть сада и вся территория около бассейна сегодня действительно полны гостей, шума и веселья, ведь у нас праздник, но если те же пять лет назад у Айзека были только Кай и Адем, то теперь к ним плюсуются их жёны (то, что Эва — моя подруга детства, не считается, как родственница она всё равно с его стороны, не с моей) и четверо племянников, а это уже реально практически толпа, особенно если учесть, насколько шумными и неугомонными могут быть мальчишки, которые обожают проводить у нас большую часть своего свободного времени.

— А про свои тайные женские делишки ни слова не возразила, — невозмутимо комментирует Айзек и склоняется ниже, дополнив гораздо тише мне на ухо в провокации: — Получается, в этом ты точно виновна, да? — его правая ладонь медленно соскальзывает с моего бедра, чтобы аккуратно обхватить мои крепко сжатые за спиной пальцы, судорожно удерживающие тест.

— Получается, да, — вынужденно признаю, отклоняясь назад, глядя в его глаза цвета ясного неба.

Я не собираюсь отпускать и отдавать ему тест, как и оправдываться за то, что не предупредила его о своих подозрениях, но моя ладонь всё равно постепенно теряет силу своей хватки, когда Айзек коварно поглаживает меня большим пальцем по запястью, порождая этими нежными касаниями новые волны тепла на моей коже, которым я совершенно не могу противостоять.

— И как? Закончила? — тихим вкрадчивым голосом интересуется он, снова склоняясь и с шумом втягивая в себя воздух в районе моего виска, явно наслаждаясь своими действиями.

— Нет, — отвечаю так же тихо.

По его губам скользит коварная улыбка, когда он оглядывает множество разноцветных коробочек с разными вариантами тестов для будущих мам, прежде чем вновь сосредоточиться на моих глазах.

— Я помешал? — вопросительно выгибает бровь.

Вздыхаю. Не хочу сознаваться и в этом.

Но какой смысл притворяться и лгать?

— Не хватило духа посмотреть на итог, — опускаю свой взгляд.