Онлайн книга «Цвет греха. Белый»
|
Да и… Не следует пресловутой сдачи. Ладонь Марка замирает в воздухе вместе с вопросом: — Какие-то проблемы, синьора Нина? Вторгнувшаяся в наш междуусобчик фраза принадлежит синьору Джакомо. Я упускаю тот момент, когда он успевает оказаться в непосредственной близости от нас двоих. И он не один. Проезжающий мимо погрузчик притормаживает в десятке шагов у противоположной обочины, идущие ему навстречу рабочие, закончившие свою ночную смену также заинтересовываются и сбавляют шаг. Но всё это отмечаю лишь я одна. Марк ничего такого не видит, он повёрнут спиной к ним. И, кстати, зря. — Да, проблемы, — холодно отзывается мой бывших жених. — И они не твоего собачьего ума де… Не договаривает. Затыкает себя на недосказанности, проглотив весь остаток своих возможных угроз на фоне характерных щелчков вскинутого оружия, приводимого в состояние боеготовности, направленного исключительно на него и сразу со всех сторон. И оружие есть у всех! Вообще у всех! Ну, кроме Марка и меня… У водителя погрузчика, который, на минуточку, такой же древний, как синьор Джакомо, так и вовсе обрез! Вот тебе и милые старички… А я, кажется, только сейчас начинаю по-настоящему понимать, почему Айзек на время своего отъезда оставляет меня именно здесь с ними. — Договаривать будете? — любезно интересуется между тем синьор Джакомо. — Или так пойдёте? — предлагает следом не менее любезно, выдерживает паузу, после которой добавляет уже холодно: — Руки с собой брать планируете или нам их просто отрезать? По пальцам Марка, продолжающего удерживать мою шею, будто судорога проходит. На мгновение его ладонь сжимается крепче, но затем отпускает мою шею. Другая — та, что зависает в воздухе перед ударом, тоже опускается ниже. Но так, чтоб обе были превосходно видны людям с оружием в жесте вынужденной капитуляции. На его лице застывает выражение исключительного страдания, пополам с неприкрытой ненавистью, когда он отступает от меня на шаг назад вместе со скрипом зубом. — Заберу с собой, — отстранённо отзывается Марк. Возможно, он не ограничился бы только сказанным, но слышится шум подъезжающей машины. Беглый взгляд в ту сторону, и выражения страдания на его физиономии сменяется отчётливой досадой. Приходится проследить за тем, куда он смотрит. Приближающееся транспортное средство мне знакомо. За рулём Айзек. В его глазах чётко видны гнев и ярость. Он безжалостно ударяет по тормозам в непосредственной близости от нас за пару секунд до того, как Марк окончательно отступает. Не сложно догадаться, что тот сбежит раньше, чем Янг до него доберётся. Так и выходит. Наверное, именно поэтому Айзек не спешит выбираться из-за руля, когда чёрный седан срывается с места, будто его хозяина ужалили в зад. Наоборот. Также собирается резко развернуть машину в обратном направлении. Мне совсем не хочется, чтобы он пускался в погоню за беглецом, но у меня не остаётся никаких сил на то, чтобы возражать вслух или пытаться сделать что-то ещё. Теперь, когда я могу дышать свободно, я судорожно втягиваю в себя воздух снова и снова, пытаясь уговорить себя тоже вернуться в машину, чтобы завершить остаток пути до служебной стоянки. Выходит паршиво. Конечности будто немеют, отказываются шевелиться как следует. Именно поэтому я просто отступаю на самый край обочины подальше от дороги, а затем банально опускаюсь вниз, накрывая подрагивающими ладонями лицо, продолжая заставлять себя просто дышать. Вдох за вдохом, мелкими глотками и жадными урывками. И далеко не сразу осознаю звук повторного резкого торможения. |