Книга Порочный ангел, страница 127 – Л. Дж. Шэн

Я вздрагиваю, увидев, что он уже проснулся и не сводит с меня взгляда.

Судя по красной сетке сосудов в его глазах, он вообще не спал.

— Останься. – Он судорожно сглатывает и говорит: – Пожалуйста, Голубка. Просто… останься. Еще на год. Потом я окончу школу, и мы сможем вместе уехать в Нью-Йорк. Прошу, не оставляй меня.

— Лев, – обращаюсь я. – Ты же… Ты же хотел поехать учиться в Колорадо.

Но на самом деле хочу спросить: как ты смеешь?

На самом деле хочу сказать: я бы никогда тебя о таком не попросила. Как ты можешь так со мной поступать? Ты же знаешь, как серьезно я отношусь к данному Рози обещанию всегда о тебе заботиться.

— Да. Знаю. Ты права. – Он облизывает губы. – Смотри, у меня кое-что есть для тебя.

Лев отворачивается и роется в джинсах, которые валяются на полу. Я слышу шорох, не сводя глаз с его подтянутой мускулистой спины. Всего через несколько мгновений я загублю наши отношения, если он сам еще этого не сделал. Лев поворачивается ко мне, кладет что-то в мою ладонь, сжимает ее в кулак и, поднеся к губам, целует его.

— Когда будешь готова, Голубка.

Я разгибаю пальцы и вижу… браслет? Нет, два браслета. С маленькими деревянными подвесками в виде голубей. Они одинаковые, оба на простом шнурке из черной кожи.

— Я сам их вырезал на вечеринке. Поэтому и задержался, – признается он, краснея. Я думала, что он развлекался с девчонками… а сам тем временем сделал это? У меня нет слов. – Так ты никогда не забудешь о нас в Нью-Йорке, когда станешь суперзвездой. – Лев подмигивает.

Я улыбаюсь, но улыбка ощущается неискренней. Я осторожно кладу браслеты на лежащую между нами подушку.

— А где ты взял дерево?

— Сейчас подходящее время для шутки про стояк?

— Нет.

— Тогда, если вкратце, один из комодов в доме Финна придется заменить.

— Спасибо, – натянуто отвечаю я. – Очень красиво.

— И все? – Он приподнимает бровь. Привык, что ему постоянно угождают и хвалят его.

— Нет, не все. – Мы так близко, что я чувствую каждый сантиметр его тела. Даже смешно, что я твердила себе, будто мы просто друзья.

— А что еще?

Я с усилием сглатываю.

— Поцелуй меня.

У Льва отвисает челюсть.

— Поцеловать тебя?

Я киваю и провожу ногтем вдоль его шеи. Пальцы дрожат. Я уничтожу нас как пару, чтобы спасти каждого по отдельности. Дать нам шанс добиваться успеха порознь, а не только вместе.

— Разве не этого ты всегда хотел?

— Да. – Его глаза мечутся, неистово всматриваясь в мое лицо. – Но мне что-то подсказывает, что это наказание, а не награда. Все дело в том, что я попросил тебя остаться?

Дело в самой нашей дружбе. В самопожертвовании. Искуплении. В том, чтобы понять, кто мы такие, не будучи неразлучными, как сиамские близнецы.

— Это просто поцелуй, Леви. Не стоит додумывать лишнего. Я просто хочу получить удовольствие.

Он проводит длинными пальцами по моим волосам, приближая мое лицо к своему. Он поразительно красив, и особенно в это мгновение.

— Я рожден, чтобы тебе его дарить, Бейли Фоллоуил. – Его дыхание размеренное, сердцебиение учащенное. – Но не стану тебя целовать. Не сейчас.

— Почему? – Я с раздражением кривлю губы. Похоже, он мастер отказывать мне во всем, чего я желаю.

— Потому что не хочу, чтобы наш первый поцелуй был таким.

— Каким?

— Окрашенным моей тревогой и твоей злостью. – Лев дотрагивается кончиком своего носа до моего, сжимая мои плечи большими ладонями. – Когда я тебя поцелую, ты поверишь каждому невысказанному слову, которое выразит поцелуй. Ты поверишь и в «я люблю тебя», и во «всегда была только ты». Ты поймешь, что я хочу сказать: «мы с тобой – навсегда». Не будет никаких сомнений.