Книга Там, где мы настоящие, страница 164 – Инма Рубиалес

— Правда?

— Я в этом уверена.

Когда я впервые поговорила с Лукой, мне показалось, что он постоянно пытается превзойти брата. Неудивительно, если он завидует Коннору, а тот даже не замечает этого. В конце концов, сейчас именно у Коннора все в порядке: у него есть друзья, он учится в университете, помогает семье. А Лука считает свою жизнь катастрофой. Я не могу не испытывать жалость к нему, догадываясь, насколько ему, должно быть, одиноко.

— Это Лука попросил меня поговорить с тобой, – рассказываю я Коннору. Сомневаюсь, что он знает, а ему нужно это услышать. – Когда я колебалась, стоит ли это делать, именно он настоял, сказав, что ты заслуживаешь шанс. На самом деле, думаю, он каким-то образом понимал, что произойдет, если приведет меня в паб. Твой брат заботится о тебе, Коннор. Пусть и… своеобразно, но заботится. Он даже терпел Нору, когда она пичкала его свежевыжатыми соками, и все ради тебя. Представляешь?

— Я как раз заметил, что он пьет что-то странное.

— В стакане с трубочкой.

— Удивлен, что он не послал твою подругу куда подальше.

— Вообще-то послал. Но ей было все равно. У них там что-то странное творится. Когда увидишь их вместе, поймешь, о чем я. – Я обнимаю его за плечи, и Коннор прижимается губами к сгибу моего локтя. – Спасибо тебе, что рассказал. И выслушал меня. И за все, что сказал.

— Это тебе спасибо за откровенность, – отвечает он. – И за то, что послушала моего брата.

Есть что-то интимное в том, как наши глаза встречаются. Что-то, заставляющее меня гадать, смотрел ли он так на кого-нибудь раньше. Интуиция подсказывает мне, что нет, что мы делим секрет, который принадлежит только нам. Я не успеваю опомниться, как снова улыбаюсь.

— Скажи, что это было, – возвращаюсь я к нашему первоначальному разговору.

— Я соврал. Первым делом я обратил внимание на твой характер.

— Не верю.

— Ты была очаровательна.

— Я все время на тебя огрызалась.

— Видимо, у меня всегда была склонность к мазохизму.

Коннор ловит мой смех губами, наклоняясь для поцелуя. Он скользит ладонями по моей спине, растопырив пальцы, словно хочет обнять меня целиком.

— Если тебе будет удобнее спать в одежде, ладно, – соглашается он. – Но не ходи наверх. Возьми мою футболку.

— Мне еще нужно смыть макияж.

— У меня есть гель. Шампунь. Мыло для рук.

Я снова смеюсь:

— Пожалуй, воздержусь.

— Мне нравится твой смех. – Он убирает волосы с моей шеи и мягко тянет меня к себе, чтобы снова поцеловать. Поцелуй медленный, глубокий, спокойный. Его рука скользит по моей руке и сжимает локоть. – Пойду в душ, – шепчет он. – Я серьезно насчет футболки. Могу дать тебе одну.

Когда он отстраняется, чтобы встать, я испытываю почти физическую боль. Коннор замечает, как трудно мне его отпускать, и в глазах вспыхивают озорные искры. Его волосы растрепаны, губы слегка припухли. По моей вине, конечно же. Наверное, самое эротичное зрелище, которое я когда-либо видела. Я любуюсь его спиной, руками, широкими плечами, пока он идет к шкафу.

Открыв один из ящиков, он бросает мне футболку:

— Надень эту.

Я разворачиваю ее, чтобы рассмотреть. Она черная. Похоже, старая – немного выцветшая. Я колеблюсь. Есть причина, почему я никогда не носила футболки Майка. И сейчас с Коннором та же история: хоть плечи у него шире моих, бедра у меня больше.