Книга Там, где мы настоящие, страница 162 – Инма Рубиалес

— Какие детали? – не отступает Коннор.

— Ну, знаешь, несовершенства.

— Например?

Он что, правда заставит меня это сказать?

— Вот у меня есть ужасный шрам на локте, – продолжает он, когда я не отвечаю. Я отстраняюсь, и он поворачивает руку, показывая его мне. Это неровная линия припухшей розоватой кожи. Я бы не назвала его ужасным, хотя, должно быть, ему было очень больно. – Я получил его в детстве, катаясь на санках. Между прочим, с Лукой и с тобой. Брат бросил мне вызов съехать с холма, и я выбрал самый высокий, чтобы произвести на тебя впечатление.

— Стоило догадаться, что это плохая идея. – Я провожу пальцами по шраму.

— Я сразу понял это, когда санки наткнулись на камень, меня подбросило и я покатился вниз. До подножия горы я добрался в полуобморочном состоянии, с рукой, вывернутой под каким-то жутким углом. И пока Лука хохотал, а я изо всех сил старался не разреветься, ты прибежала ко мне, сказала: «Коннор, ну ты даешь» – и помчалась за нашими родителями, – рассказывает он. – В итоге впечатлен оказался я. Никогда бы не подумал, что пятилетняя девочка может в такой ситуации оставаться настолько… собранной.

Я убираю руку.

— Меня не смущает твой шрам.

— А какие у тебя несовершенства?

— Не знаю. – Но потом во мне просыпается крошечная смелость. – У меня есть растяжки.

— Какой кошмар.

Я сразу улавливаю сарказм и легонько бью Коннора по плечу.

— Не смейся надо мной.

— Где? – спрашивает он.

— Здесь. – Я беру его руку и кладу на внешнюю сторону своего бедра.

Коннор проводит кончиками пальцев по красноватым отметинам.

— Они ведь не болят?

— Нет.

Он сжимает мое бедро.

— Что еще?

— Еще у меня целлюлит.

— Мой худший кошмар воплотился в реальность. Только не говори, что у тебя еще и уши серой забиваются.

Даже в такой уязвимый момент он умудряется вызвать у меня улыбку.

— Замолчи. Это серьезный разговор.

— Для меня тоже. Теперь мне до конца жизни будут сниться кошмары с тобой в главной роли. – Он хватает меня за запястье и тянет на себя, заставляя положить руку ему на плечо. Мы оказываемся лицом к лицу, еще ближе, чем раньше. – Да, я правда не замечал, – признается он. – Я был занят другими вещами. – В его глазах появляется озорной блеск. – Но это не значит, что для меня это проблема. Честно говоря, мне все равно. И насчет того, что ты сказала раньше, я не совсем согласен. Внутренний мир важнее всего, конечно. Необходимо найти общий язык на духовном уровне. Но для меня физическое притяжение тоже важно. И оно есть. Перестань волноваться. У тебя нет на это ни единой причины.

— Ты правда так думаешь?

— Мэйв, ты вернулась спустя четырнадцать лет после нашей последней встречи. Я понятия не имел, что ты за человек. И все равно ты мне понравилась. Делай выводы сама.

Я приподнимаю бровь:

— А на что ты обратил внимание в первую очередь?

— Боюсь, если я отвечу на этот вопрос, рискую получить от тебя коленом по самому больному месту.

От его слов уголки моих губ растягиваются так, что начинает сводить щеки. Коннор пожимает плечами, словно необходимость держать эту информацию при себе – неоспоримый факт, заверенный чуть ли не государственной печатью.

Я колеблюсь.

— Ты ведь не врешь мне?

— Зачем мне врать? – парирует он. – Ты говоришь о себе так, будто не понимаешь, что любой парень, имеющий хотя бы каплю вкуса, захотел бы с тобой переспать.