Книга Там, где мы настоящие, страница 159 – Инма Рубиалес

— Не надо так, – жалуюсь я.

— Как?

— Не целуй меня так.

— Ты же сказала, что не хочешь торопиться. Вот я и целую тебя медленно. – Он снова подается ближе, пока его дыхание не смешивается с моим. – Если, конечно, я правильно тебя понял и ты не хочешь чего-то другого.

Он дразнится. В другой раз это бы меня взбесило. Но сейчас, после того как он был таким серьезным весь вечер, его шутки вызывают только облегчение. Вместо ответа я хватаю его за воротник рубашки и тяну к себе. Я чувствую его улыбку на своих губах, прежде чем Коннор наконец-то целует меня по-настоящему.

Его губы завладевают моими, словно предъявляя свои давно законные права. Я ахаю от неожиданности и приоткрываю рот, когда он углубляет поцелуй. Вот. Именно этого я и хотела. Я невольно подаюсь назад, пока не упираюсь спиной в дверь. Коннор движется следом. Он прижимает меня к себе и случайно задевает выключатель. Мы оказываемся в темноте. Я смеюсь, наблюдая, как он шарит по стене в попытке включить свет.

— Тебе так хочется на меня посмотреть?

— Вряд ли кто-то не захотел бы смотреть на тебя вечно. – Наконец он находит выключатель. Не прерывая поцелуя, разворачивает меня и ведет к кровати. – Сними это, – шепчет он, касаясь ткани платья.

— Как ты торопишься, – дразню я.

— А ты против?

— Нет.

Он склоняется надо мной, пока я не оказываюсь на кровати. Его руки скользят по моим бедрам к подолу платья. На мгновение на меня накатывает неуверенность. Я гоню ее прочь. Не позволю ничему испортить этот момент. Я приподнимаюсь, чтобы стянуть платье через голову, и в ту же секунду, как оно оказывается на полу, наши губы снова находят друг друга. Когда его пальцы касаются края моих трусиков, я ощущаю дрожь предвкушения по всему телу. Боже. Мы только начали, а я уже вся горю изнутри. Словно настоящий вулкан.

— Я хотел этого с того момента, как увидел, как ты танцуешь, – шепчет он, покрывая поцелуями мою шею. Я запускаю пальцы в его волосы, выгибаясь ему навстречу.

— Мог бы и раньше решиться. Я бы не возражала.

Он тихо смеется. Его прикосновения становятся смелее, и от неожиданности я издаю стон, подаваясь бедрами вверх.

— Хорошо? – спрашивает он на всякий случай.

С трудом киваю.

— Дома никого нет, – напоминает он, целуя меня за ухом. – Можешь не сдерживаться.

Мне нравится эта его сторона – откровенная, прямолинейная, смелая. Очень нравится. Особенно потому, что я уверена – такой он только со мной. И мое тело отзывается на это осознание, на его дразнящие прикосновения, и внутри меня словно разгорается пожар. Коннор играет со мной, подводя к краю. Затем его губы оставляют шею, спускаются к ключицам, скользят между грудей к животу. Его рука перемещается на бедро.

— Ты такая красивая… – шепчет он, не отрываясь от моей кожи. – В прошлый раз осталось столько всего, что я хотел попробовать.

Он смотрит на меня снизу вверх, безмолвно спрашивая разрешения. Меня охватывает головокружение, и дело не в намеке, скрытом в его словах. Не в том, что от его прикосновений у меня до сих пор бегут мурашки. И не в том, что он стоит на коленях между моих ног, излучая жар всем своим крепким телом.

Нет.

Просто я вдруг вижу себя его глазами.

И мне не нравится эта картина.

Словно я в фильме ужасов.

В отличие от той субботы, когда мы были в машине, сейчас я чувствую себя слишком уязвимой, почти обнаженной, хотя на мне все еще одежда. Тогда желание настолько захлестнуло меня, что в голове просто не осталось места для других мыслей. Сейчас оно тоже здесь – эта жгучая потребность разгорается внутри, но неуверенность уже начала прорастать в моих мыслях, мышцах, костях, и от нее уже не избавиться. Я хочу, чтобы он желал меня. Мне нужно знать, что я ему нравлюсь.