Книга Там, где мы настоящие, страница 161 – Инма Рубиалес

— Ты самый красивый мужчина из всех, кого я видела, – шепчу я.

Через несколько мгновений он теряет контроль.

Он срывается первым, подаваясь вперед, чтобы снова поцеловать меня, а затем двигает пальцами, пока и меня не накрывает волной. Инстинктивно прижимаюсь к нему еще ближе, и Коннор обнимает меня за спину, не оставляя между нами ни миллиметра пространства. Его губы заглушают каждый мой вздох, а когда наконец наступает тишина и я затихаю в его объятиях, он снова улыбается.

— Неплохо, – шепчет он.

Обессиленно смеюсь:

— Боже…

Я утыкаюсь лицом в его разгоряченную шею. Его кожа пылает, сердце колотится в унисон с моим, и от него невероятно пахнет. Коннор целует меня в плечо. Через несколько секунд, когда дыхание приходит в норму, его пальцы нежно скользят вдоль моего позвоночника.

— Останься спать со мной, – тихо просит он, не отрывая губ от моей кожи.

— Дай только схожу за пижамой. – Сейчас я готова сделать все, что он попросит.

— То есть мне придется тебя отпустить, чтобы ты встала?

Я невольно улыбаюсь:

— Боюсь, что да.

— Мне не нравится эта идея. Ты можешь спать и так. Нужно только снять это… – Он проводит пальцем по краю бюстгальтера. – И это. – Его рука скользит ниже к изгибу моих бедер.

Хотя я знаю, что он шутит, внутри что-то сжимается от дискомфорта. Что-то надламывается. Почему, как бы я ни боролась с этими разрушительными мыслями, я до сих пор так боюсь показать себя настоящую?

Я качаю головой.

— Я не люблю спать без одежды.

Коннор смеется, даже не подозревая, что творится у меня в голове.

— Почему? Разве это не самая приятная часть?

Меня пугает сама мысль о том, чтобы быть с ним откровенной. Но сейчас я не могу солгать ему.

Поэтому говорю:

— Я боюсь.

— Чего?

— Что ты увидишь меня.

Воцаряется тишина.

— Мэйв, я уже видел тебя.

Я не хочу отрываться от его плеча. Мне страшно посмотреть ему в глаза. Но Коннор отстраняется, и у меня нет выбора. Его зеленые глаза встречаются с моими, и в них читается растерянность.

— Не подумай, что я напрашиваюсь на комплименты, – торопливо произношу я дрожащим голосом. – Я не… не это имею в виду. Просто хотела поговорить с тобой об этом, на случай если…

— Что такое? – мягко спрашивает он.

Я сглатываю, пытаясь сохранять спокойствие.

— Почему я тебе нравлюсь?

— О чем ты?

— Это только из-за моего характера?

— К чему этот разговор?

— Люди всегда говорят, что главное – это внутренний мир человека. По сути, все остальное неважно, да?

— Так говорят, да.

— Но я не этого хочу, – сбивчиво произношу я. – Я не хочу нравиться тебе только из-за характера. Не хочу… не хочу мириться с тем, что кто-то любит меня несмотря на все остальное. Это не…

— Мэйв, – спокойно произносит он.

— Прости. Я не знаю, что со мной.

— Все хорошо.

Я поднимаю руки, чтобы вытереть глаза, но Коннор перехватывает мои запястья, опускает их и сам смахивает слезы, после чего заключает меня в объятия. Я делаю глубокий вдох, пытаясь успокоиться.

— Прости, – повторяю я.

— Почему ты не хочешь, чтобы я видел тебя обнаженной?

— Боюсь, что я тебе не понравлюсь.

— Но я уже видел тебя. И ты мне нравишься.

— Это не то же самое – видеть меня, когда мы… – Я не могу произнести это вслух. – И видеть после. Восприятие меняется. Ты замечаешь больше деталей.

Я достаточно часто слышала, как друзья Майка шутили о своих победах на этом поприще, чтобы понимать, о чем говорю. От одной мысли об этом у меня внутри все переворачивается.