Книга Там, где мы настоящие, страница 148 – Инма Рубиалес

Как же меня достала вся эта ситуация.

— Прости. Ты права. Я козел, – бормочет он, не отпуская меня. – Но что натворил мой брат, раз ты в таком состоянии? Вообще-то это я из нас двоих всегда был плохим. Он не должен доводить тебя до слез.

Я молчу. Не могу говорить – голос снова меня подведет. Ненавижу показывать свою уязвимость другим. Лука гладит меня по спине. Его движения какие-то механические, словно ему ужасно неловко. Кто бы мог подумать, что в критический момент даже простые объятия станут для него испытанием?

— Пожалуйста, лучше злись на меня, – тихо говорит он. – Я предпочту крики мокрой футболке.

Невольно усмехнувшись, я отстраняюсь и, опустив голову, вытираю глаза рукавом.

— Прости. Я… действительно была несправедлива к тебе. Просто в голове слишком много всего. – Это, конечно, не оправдывает мою вспышку. Я поднимаю глаза на него. – То, что случилось между мной и Коннором, не твоя вина.

— Надо же. Впервые слышу такое в свой адрес.

— Это сложно. И насчет того другого, не…

— Все нормально, – перебивает он. – Забыли.

Видно, что он предпочитает не возвращаться к этой теме. Я невольно чувствую укол вины – не только из-за того, что наговорила, но и каким образом это сделала. Не лучший способ помочь. Я слишком долго держала все эти болезненные эмоции в себе, вот и сорвалась, не думая о последствиях.

— Мне пора возвращаться, а то Нора уже, наверное, гадает, куда я пропала, – нарушаю тишину.

Услышав это, Лука морщится:

— Ты приглашаешь ее, только чтобы помучить меня.

— Я приглашаю ее, потому что она моя подруга.

— И немножко чтобы помучить меня.

— Да. Извини.

— Я так и знал.

Мы улыбаемся друг другу, хотя моя улыбка выходит натянутой и неестественной. Потом я беру стаканы с водой со столика. И тут же снова слышу его голос.

— Мэйв, – окликает он, и я оборачиваюсь. – Знаю, что я, наверное, не лучший советчик, и ты считаешь меня придурком, и… черт, ты абсолютно права, но, если расскажешь, что случилось с моим братом, может, я смогу помочь. Он мне ничего не говорил. Если честно, мы почти не общаемся в последнее время, но я знаю его лучше всех.

Как бы мне хотелось знать, какими были их отношения до всего этого – до Райли, до выходок Луки и всего остального. Наверняка между ними была особая связь. Скорее всего, они были неразлучны.

— На самом деле, тут не в чем помогать, – признаюсь я, смеясь, хотя мои глаза снова наполняются слезами. – Он сказал, что видит во мне только друга. И мне… сложно это принять.

Мне даже стыдно произносить это вслух. Я жду, что Лука отчитает меня за то, как я жестоко с ним обошлась, скажет, что Коннор не обязан что-то чувствовать ко мне.

Вместо этого он удивленно моргает.

— Дай-ка я уточню. Вы с ним были вместе, – подытоживает он.

— Ага.

— А потом он сказал, что не хочет ничего серьезного?

— Именно.

Он открывает рот, но тут же закрывает его.

Не произнеся ни слова, он поджимает губы.

— Ты меня убьешь.

И тут я начинаю подозревать худшее.

— Что ты натворил?

— Для начала хочу сказать, что очень тебя ценю как человека. Ты милая, приятная, замечательная. Я говорил, как тебе идут эти растрепанные пучки, которые ты всегда делаешь? Они определенно очаровательны.

Я медленно приближаюсь к нему:

— Лука, что ты сделал?

— Возможно, вскоре после твоего приезда у нас с Коннором состоялся… разговор.