Книга Обольстительный пират, страница 74 – Минерва Спенсер

Звук напомнил ей, что к этой части тела крепится целый человек, и она подняла взгляд.

Хью пожал плечами и в раздумье произнес:

— Пока никто не приходит в голову, но я как следует над этим поразмыслю. У вас есть подозреваемые?

— У меня? С какой стати? — удивилась Дафна.

Хью оттопырил нижнюю губу и с загадочным видом наклонил голову.

— Вы первая об этом заговорили. Вот я и подумал: возможно, у вас есть… личная информация.

«На что он намекает?»

— Мне ничего не известно о ваших подвигах — ни давнишних, ни нынешних.

Хью с улыбкой поднялся, прижав руку к пораненному боку, и внезапно сменил тему:

— Скоро доставят мою двуколку. Может, хотите завтра покататься?

— Вы спрашивали доктора Николса?

Хью подошел ближе, нависнув над столом.

— Спрашивал, но он отказался и предложил пригласить вас.

Дафна прикусила губу, чтобы не рассмеяться:

— Нет, вы невыносимы, милорд!

— Да, мне не раз это говорили.

— Вы уверены, что достаточно хорошо себя чувствуете, чтобы разъезжать в экипаже?

— Если вас будет мучить совесть, можете сами взять поводья.

— Осмелюсь предположить, что при виде женщины, управляющей вашим транспортом, вам опять станет плохо. — Дафна пожала плечами. — Если вы считаете, что разъезжать по окрестностям в двуколке вдвоем разумно, то я спорить не стану.

Хью усмехнулся:

— Да что вы? Неужели просто согласитесь?

Чего он добивается? Дафна хотела было об этом спросить, но увидела его спину — Хью направился к двери.

Раздался тихий щелчок, и Дафна опустила голову на стол. Хью, конечно же, пытался выяснить, кто мог причинить ему вред. Ну конечно! Боже милостивый! Ну почему она сразу не открыла ему правду? Как теперь обо всем рассказать?

К счастью, Хью больше не заговаривал о случившемся. Впрочем, если этой темы он избегал, то не избегал Дафны, наоборот, искал ее общества больше, чем обычно: катался в экипаже с ней и ее сыновьями, одним очень погожим днем все вместе они ходили на рыбалку и даже дважды ездили в Истборн.

Две восхитительные недели пролетели как один день. Как-то вечером Хью и Дафна заканчивали ужинать и собирались сыграть в шахматы, когда в столовую вошел лакей с запиской.

Хью взглянул сначала на бумажный прямоугольник на серебряном подносе, потом на Дафну.

— Прошу прощения, миледи, это почерк Делакруа: «Призрак» вернулся. — Сообщение оказалось коротким, и он почти сразу же поднял глаза: — Боюсь, сегодня вам повезло — не получится обыграть вас в шахматы.

Дафна фыркнула: Хью играл довольно средне, и до сих пор каждая игра заканчивалась ее победой.

Он взял ее руку в свою и поднес к губам, потом, глядя в глаза, объяснил:

— Я никогда не сбежал бы от вас, если бы мог кому-то препоручить этот груз.

Дафна надеялась, что он не слышит, как у нее колотится сердце, и, кивнув, убрала руку.

— Я пока займусь канализацией: у меня есть кое-какие мысли по этому поводу.

Как только эти слова сорвались с ее губ, Хью расхохотался так, что она испугалась за его ребра, а отсмеявшись, заметил:

— С нетерпением жду возможности обсудить канализацию — или любую другую тему на ваш выбор, — когда вернусь, дражайшая Дафна.

Дафна не спала до глубокой ночи, так погрузившись в планы и расчеты, что чуть не пропустила скрип колес во дворе под окном библиотеки. Напольные часы красного дерева показывали, что уже далеко за полночь. Это мог быть только Хью, возвращавшийся со своего корабля.