Онлайн книга «Когда снега накроют Лимпопо»
|
— Вот это финт! — присвистнул кто-то у меня за спиной, и я был полностью согласен с незнакомым прохожим. Притихший Чеб вдруг как-то разочарованно вздохнул. Я посмотрел на него. Он словно вместе с кошками сбросил с себя наваждение. Теперь это снова был мой милый сынишка, а не жутковатый идиот. — Давай-ка, дружище, почистимся, — сказал я, вспоминая, есть ли у меня салфетки. По всему выходило, что нет. Смотреть на застывшую коричневую слюну на подбородке Чеба не было сил. В ином случае, я бы дотащил его до дома, но теперь эти размокшие, а после застывшие крошки вызывали воспоминание о стеклянном взгляде и как он машинально и непонятным удовольствием черпал горстями и пихал себе в рот сухие шарики. И дело даже не в том, что ребенок ел кошачий корм. В этом-то как раз ничего такого. Дети чего только в себя не пихают — уж я-то знаю! Просто… Я только что понял. И почему толпа собралась, и почему мне было так жутко. В Чебе в этот момент словно не осталось ничего человеческого. Он был животным, на которое натянули детский костюмчик. И это чувствовалось даже издалека. Волны такие шли от него. Дикие… Как если бы енот пробрался в супермаркет и на глазах всего честного народа принялся лакомиться кошачьим кормом. Тогда бы точно так же собралась толпа. Нестерпимо хотелось смыть с мордашки сына это воспоминание о помрачении разума. Я потащил Чеба, не выпуская из рук, к ближайшему небольшому фонтанчику. Там, несмотря на сопротивление, тер его лицо холодной водой, не замечая — чистая она или грязная. Возможно, это первый симптом? До сих пор, исключая ночи полнолуния, сын никак не проявлял в себе зверя. Вдруг теперь Чеб будет погружаться в это состояние и в человеческом облике все чаще и чаще, — думал я, не замечая, что под моими руками щеки Чеба уже горят. И от холодной воды, и от того, как сильно я давлю. Стоп! Чебик глухо закричал. — Прости, дружище, — я наконец-то взял себя в руки. — Ты просто слишком измазался, пришлось постараться. Но вот теперь ты — чистый и красивый. Сын кивнул. В его глазах опять светилась прозрачная детская радость и человеческий разум. — И теперь бабАня… Черт! Мы так и не купили ей ничего. И яблоки твои… Мы забыли подарок от «Котапеса» в камере хранения. Но сейчас ничто на свете не заставило бы меня вернуться в супермаркет. Я подозревал, что отныне вообще буду его обходить десятой стороной. * * * — Мужчина, 35 лет, причина — не разборчива, симптомы — не ясны. — Обожаю такие вызовы, — сказал Гордеев, захлопывая за собой дверь автомобиля Скорой. — А так можно? — удивился я. — Соседи, скорее всего, — пояснила фельдшер Ирина, пристегивая ремень. — Или прохожие. Услышали какой-то странный шум из-за закрытых дверей, на всякий случай позвонили в 112. Она казалась довольно взрослой, практически пожилой женщиной, но сразу потребовала называть ее «Ириной». Без всяких там отчеств. — Куда позвонили? — не понял я. — Единый экстренный вызов. Там операторы звонки распределяют по службам: полиция, пожарные, спасатели, ну и мы… Ты разве не слышал? Гордеев удивился. Я пожал плечами: — Да как-то Бог миловал. А вот это старое 01, 02, 03 — сейчас не действует? — Действует, — почему-то засмеялась Ирина. — Только у каждого мобильного оператора с нюансами. — Очень интересно… |