Книга Когда снега накроют Лимпопо, страница 79 – Евгения Райнеш

— Есть такое, — кивнул Иван. — Но если вы про Тараса, то для него, как мне кажется, смерть Дмитрия Павловича — всего лишь еще один повод напиться. Личное отношение здесь не играет большой роли.

Он пожал плечами:

— Такой вот человек.

В дверь заглянула симпатичная девушка:

— Захар… Ой, извините, как по отчеству?

— Можно просто Захар, — ответил я.

— В бухгалтерии вас ждут. И еще потом Рафик Ильясович просил зайти.

Это были хорошие известия. Я пожал руку Ивану, который выразил надежду на то, что встреча наша первая, но не последняя, и отправился за милой девушкой по коридорам ветеринарки.

С удовольствием ощущая пачку денег в барсетке, я заглянул в уже знакомый кабинет хозяина клиники.

— Спаситель! — Рафик поднялся из-за большого офисного стола, широко улыбаясь мне навстречу.

— Вы преувеличиваете, — ответил я вроде бы скромно, но в то же время, интонацией намекая, что таки — да, спаситель.

— Садись, дорогой, — Рафик указал на единственное среди деловых стульев мягкое кресло.

Очевидно, оно находилось в кабинете исключительно и демонстративно для избранных.

Мы как-то быстро и почти незаметно договорились о дальнейшей совместной работе. Правда, таких барышей как при сегодняшнем форс-мажоре Рафик не обещал, но сумма за поддержание сайта в рабочем порядке была озвучена выше, чем «в среднем по больнице». Рафик Ильясович обладал несомненным даром убеждения: к тому моменту, как мы ударили по рукам, я уже и забыл, что вовсе не намеревался искать тут дополнительный заработок.

— У меня еще одна просьба, — вспомнил о настоящей цели своего визита, когда уже почти раскланялся. — Я делаю большую статью о Дмитрии Павловиче. Для «Лимпопо».

Рафик кивнул:

— Хорошее дело. Прекрасный был человек. И специалист от Бога.

— Вот-вот. Я и хочу, чтобы вы мне рассказали про него. Все, что знаете.

Владелец «Котопеса», если и удивился сначала, то теперь только поерзал в кресле, устраиваясь поудобнее.

— Мы познакомились с ним, когда организовали наш союз, Литвинов уже работал в «Лимпопо».

— То есть это было…

— Пять лет назад, — уточнил Рафик

Я немного сник. Значит, он не знает частностей о пребывании Дмитрия Павловича в зверинце Оленевых.

— А до этого? Не может быть, чтобы никаких слухов не ходило, он же в частном зверинце работал. Неужели вам ничего не известно? Его семья, школьные годы, институт?

— Я только сейчас понимаю, что это странно, — вдруг задумался владелец «Котопеса». — Но и в самом деле… Никто не знает про семью Литвинова. Наверняка, Дмитрий Павлович приехал откуда-то… Но откуда? Литвинов «засветился» только когда случилась эта громкая история с арестом Оленева, и он стал работать в «Лимпопо». Бывший губернатор никого не пускал на территорию зверинца, документы на зверей были в порядке. Ветеринар там жил как в неприступной крепости. А потом… Он как-то появился и все. Словно всегда был. Странно… Мы общались только по работе: совместные консультации, общие собрания… Вот чумка собачья по городу ходила, собирались, чтобы скоординировать план действий. А личное… Он никогда ничего не говорил.

— Он писал какую-то научную работу, кажется, проводил эксперименты, вы в курсе?

— Ну, это, конечно, знаю, — кивнул хозяин клиники. — В нашем союзе не так-то много пишется научных трудов. Дмитрий Павлович готовился к защите кандидатской по теме изучения полиморфных цепочек генома львов.