Онлайн книга «Любовь как приговор»
|
— Дамьен… ненавижу тебя… Внезапно! Резкий и холодный порыв ветра взорвал застоявшийся воздух. И с ним ударил запах. Яркий, осязаемый, подавляющий. Жасмин – свежий, белый, опьяняющий. Сандал – теплый, древесный, глубокий. Его запах. Не призрачное эхо, а настоящий, плотный шквал, наполнивший комнату. Элиана резко повернула голову на шорох, на присутствие, внезапно ощутимое в углу теней. Из мрака отделился силуэт. Высокий, знакомый до боли очертаниями. Походка – уверенная, легкая, та самая, что отпечаталась в памяти. Все ближе. Он присел рядом с ней на шкуру, склонившись. Огонь осветил знакомые черты. Высокие скулы. Глубокие глаза. Его глаза. Его лицо. Ее Дамьен. Сердце замерло, потом забилось с безумной силой, глухо стуча в висках. Она медленно, не веря, протянула дрожащую руку. Кончики пальцев коснулись его щеки. Твердая. Живая. Реальная? Слезы хлынули новым потоком. — Дамьен… – выдохнула она, голос – сломанный шепот. – Любимый… Ты здесь? Пальцы сжали ткань его рубашки, вцепились, боясь, что он растворится. — Не уходи… Пожалуйста… Не уходи больше… Я прошу… Последняя волна виски, тяжелая и неумолимая, накрыла ее с головой. Сознание поплыло, свернулось в туманный клубок. Она медленно, непроизвольно опустилась вперед, обвив его руками, уткнувшись лицом в его грудь, в этот знакомый, родной запах. Мир погас. Перед самым погружением в бездну бессознательного, ее губы, уже почти онемевшие, прошептали, как заклинание, как последнюю нить к исчезающему миражу: — Жасмин… и сандал… Жасмин… и сандал… И тишина. Только треск огня в камине да тяжелое дыхание спящей женщины, обнимающей призрак своей погибшей любви на медвежьей шкуре. Запах жасмина и сандала еще висел в воздухе, густой и необъяснимый, медленно растворяясь в дыме от камина. Она очнулась резко, словно вынырнув из ледяной воды, с ощущением, будто век пролежала на камне. Каждая кость ныла, мышцы деревянными спазмами сводило от неудобной позы. Холодный пепел в камине, запах гари и алкоголя висел в воздухе, густой и тошнотворный. Солнечный луч, пробившийся сквозь тяжелую штору, резал глаза. Элиана застонала, еле приподнявшись на локтях. Пустота. Тишина. Она была одна на медвежьей шкуре, обняв лишь холодный воздух. Она с трудом поднялась, мир закачался, горячая волна тошноты подкатила к горлу. Голова раскалывалась, язык прилип к небу. Пустой стакан валялся рядом, опрокинутая бутылка напоминала о ночном бегстве от реальности. Но… воздух. Она вдруг замерла, втягивая носом. Чуть слышно, едва уловимо… витал тот самый аромат. Жасмин. Сандал. Его запах. Свежий, ясный, как будто он только что вышел из комнаты. Она обвела взглядом пустой кабинет – никого. Только портрет над потухшим камином. Они смеялись, обнявшись, в день, когда еще верили в счастье. Холодный ужас, острее похмелья, схватил ее за горло. Она уставилась на своё отражение в запыленном зеркале на стене – бледное, изможденное лицо, темные круги под красными от слез и хмеля глазами. «А вампиры… могут сойти с ума?» – пронеслось в голове ледяной иглой. Годы. Годы клетки, бесконечных поисков, разбитых надежд, тяжелого, разъедающего душу горя. Сначала он ушел, потом – надежда его найти, потом – он сам, обратившись в прах. Всё рухнуло. Психика, даже вампирская, не железная. Начало ли это безумия? Или его пик? |