Книга Аврора. Заря сгорает дотла, страница 149 – Кейт Андерсенн

Аврора вздрогнула — взгляд наткнулся на нечто вроде изображения глобуса… По инерции она хмыкнула, исследуя высеченный рисунок внимательнее и считая линии, которые могли бы быть мередианами. Раз, два, три… «Свальбард»? Может быть… надо проверять север и место, где мог бы находиться наш Шпицберген?.. Пять, шесть…

— Ты что-то нашла?

Ро мотнула головой.

— А как же совпадение девизов на артефактах торговцев и пиратов?..

— Мне откуда знать! Это не я называю лавку из девизом. К тому же, это все только легенды.

— Ну, Сваль, похоже, не легенда. Опять же — ты знаешь, что начертано на компасе и далекозоре. Значит, ты держал их у руках. Значит, ты как минимум, причастен. Чак, ты разваливаешь такой шаткий мир из детского упрямства.

— Детского упрямства?! Да что ты знаешь!

Их двадцать пять. Неужели?!.

— Немного… Например… слово «Свальбард».

Кастеллет подобрался ближе и обиженно пыхтел над ухом, всматриваясь в найденный Ро старательно выдолбленный в камне рисунок.

Она ткнула пальцем в обозначенное место. Похожая на восьмиконечную звезду роза ветров пересекалась с дополнительно нарисованной линией мередиана. И цифра «25». Такую розу она уже где-то видела.

— Это большой северный остров в… моих краях. Он должен быть где-то здесь, под этой цифрой и розой. Бард Сваль почему-то пользовался знаком Странника. Что это значит по-твоему?

Кастеллет побледнел и сел на пол, не отрывая взгляда от стены.

— Это… родовой герб.

Аврора вытащила свою бумагу для записей и карандаш и, приложив листок к стене сбоку, начала со всем старанием перерисовывать карту.

— ТВОЙ родовой герб, не так ли? — как ни в чем ни бывало, спросила Кастеллета.

— Неужели мы — родственники?

Кастеллет едва не шептал. И вскоре улыбка мечтателя накрыла его лицо.

— Невероятно… Мой предок — главная легенда Тополя… Я ведь и ввязался во все это из желания приключений, поплыть на конец света… А там — мой дом?

Аврора, нахмурившись, сложила свою зарисовку в шатлен и встала над эрлом, сложив руки на груди.

— Дом — это понятие куда более сложносочиненное, чем «оттуда приплыл мой предок». Чак, тебе реально наплевать на людей? И ради своего… желания приключений ты готов забить на благополучие целой империи?

Кастеллет словно очнулся, встал на ноги и требовательно протянул ладонь.

— Отдай мне карту.

Ро отступила.

— Сам себе срисуй, если надо. Это мой набросок.

— Он тебе не нужен.

— Еще как нужен!

Ро уперлась спиной в стену… Его грозный роковой взгляд вернул осознание пещеры и безвыходности, а также всяких прочих страхов, вынуждая шарить по неровной стене вмиг заледеневшими и вспотевшими одновременно пальцами. В какой-то момент что-то щелкнуло, медвежий жир задрожал, а за спиной Чака на земляной пол посыпались крупные камни. Он лишь оглянулся и прыгнул вперед, сметая Аврору вбок и больно впечатывая плечом в стену напротив.

Пещера барда Сваля, окрестности Бубильона, королевство Черного Тополя. По-прежнему двадцать второе белья.

В горло набилась куча мала пыли. Аврора судорожно пыталась продохнуть. Получалось с переменным успехом, но, кажется, от удушья она не умрет. Рядом завозился Чак и прокряхтел.

— Цела?

— Я… — выдохнула Аврора очередную порцию песка с кашлем, — тоже живучая, Кастеллет. Один один.