Книга Дом призрения для бедных сирот, страница 20 – Лилия Орланд

Сон был до того реальным, что я чувствовала запах кожаной обивки и тепло, идущее от удобного сиденья. Оказывается, я та ещё фантазёрка.

Даже головой помотала, чтобы прогнать морок. И погрузилась в созерцание реального пейзажа, а не выдуманного.

Вскоре по правую сторону от дороги показался указатель с нарисованным белой краской названием «Сосновый бор», а за ним и сам городок. Располагался он в низине, и до него ещё было километра два или чуть меньше. Я вытянула шею, чтобы оценить панораму.

Сосновый бор мне сразу понравился. Отсюда он напоминал новогоднюю открытку, только ёлки не светились разноцветными фонариками. Возможно, вечером это изменится. А может, здесь наряжают сосны, судя по названию их должно быть много.

В основном городок состоял из небольших домиков в один или два этажа. Почти над каждой крышей вился дымок. Под тёплыми трубами обнажались небольшие островки красной или зелёной черепицы, раскрашивая белый город яркими пятнышками.

Появление Соснового бора меня воодушевило. Скоро поездка, которая уже начала казаться бесконечной, завершится. И я наконец-то смогу согреться.

Однако стоило мне обрадоваться, как возница натянул вожжи, и лошадка послушно ступила в сторону. На такую узкую дорожку, что та едва напоминала тропу, покрытую снегом. И по этой тропке тянулся всего один след — лошадки и полозьев саней.

— Вителей, куда вы? Город в другой стороне!

Несмотря на то, что Рыжуха замедлила ход, старик по-прежнему меня не слышал. А может, умело притворялся. В голове снова всплыли мысли о бандитах, маньяках и прочем разбойном люде.

О сохранении тепла я уже не думала. Не до него, когда речь идёт о сохранении жизни.

— Вителей!

Я кое-как поднялась на колени. В движущихся санях это оказалось не так-то просто. Пусть полозья и скользили по снегу, но он не был утрамбован сотнями путешественников. Сани покачивались, попадая в выбоины, и я вместе с ними.

Крепко ухватившись за невысокие бортики и стараясь удержать равновесие, я потянулась к вознице. Со стороны сани выглядели небольшими, но достать Вителея рукой у меня не вышло. Не хватало совсем чуть-чуть, не больше пяти сантиметров. Пришлось подползти поближе. На коленях в длинном платье, плаще и армяке с чужого плеча это оказалось непросто. Подол путался в ногах, пытаясь спеленать меня и уронить обратно. К тому же редкая солома скользила по доскам и больше мешала передвижению, чем смягчала его.

Однако я не сдавалась.

Наконец подтянувшись к нему, отцепила пальцы от бортика и ткнула рукой вперёд. Расчёт оказался не совсем верным. До спины Вителея я достала, он обернулся, но при этом потеряла равновесие и шлёпнулась назад. Ударилась ягодицами и спиной, а голову тряхнуло так, что я забеспокоилась — не оторвалась ли она.

— Тпру! — выкрикнул возница, останавливая лошадь, отчего меня тряхнуло ещё раз. — Что случилось, госпожа директриса?

Вителей повернулся ко мне, не слезая с козел, выражение его лица стало обеспокоенным.

Мне понадобилось несколько секунд, чтобы в глазах перестало кружиться. Лишь после я сумела произнести.

— Куда вы меня везёте?

— Дык в приют, знамо дело, — старичок искренне удивился вопросу.

— Но город остался там, — я махнула назад.

— Дык это, — обрадовался Вителей, — дом призрения-то наш, он не в городе. Токмо вы не переживайте, госпожа директриса, мы почти добралися. Вон туда повернём, где ельник, и будет приют.