Книга Усадьба госпожи Ленбрау, страница 90 – Лилия Орланд

— Под столом ног будет не видно, – успокоила я себя и двинулась следом за Истой.

Выйдя из библиотеки, она повернула не направо, в сторону кухни, а почему-то налево.

— Иста, ты куда? – я остановилась в дверях, решив, что нянька опять забылась.

— Дык в столовой ужин-то будет. У нас же гость, – она многозначительно подняла указательный палец.

А я обратила внимание, что ради такого события, как гость, в коридоре зажгли свечи в настенных светильниках. Наверное, чтобы Ленбрау не споткнулся в темноте и не составил мне пару с перевязанной ногой.

Обо мне они так не заботились. Видимо, подразумевалось, что я хорошо знаю дом, раз выросла здесь. А значит, и навернуться не должна.

Если, конечно, не подсматриваю за голым мужчиной в ванной, добавила про себя.

В столовой я была лишь однажды, когда впервые осматривала дом. Заходить сюда причин не было, ведь гораздо удобнее обедать в кухне. Там можно поболтать с помощницами, узнать новости и разработать план действий. Да и далековато блюда таскать. А обе служанки уже не молоды.

Когда я вошла, не узнала столовую. Комната совершенно преобразилась. Исчезли чехлы со стульев. Стол покрывала свежайшая скатерть. Шторы были опущены, чтобы создать уединение. А в настенных светильниках и в подсвечниках на столе горели длинные восковые свечи, создавая атмосферу таинственности и предвкушения.

Надеюсь, эти заговорщицы не последние свечи из запасов вытащили! Устроили мне романтическое свидание…

Ленбрау уже сидел за столом.

Нам накрыли по разные стороны. К счастью, не по длинному краю, а то пришлось бы кричать, чтоб быть услышанным.

Когда я показалась в дверях, доктор поднялся с места. А увидев, как я прихрамываю, он бросился ко мне. Мягко подхватил под руку и повёл к столу.

— Позволите, я осмотрю вашу ногу? – спросил, усадив меня на стул с высокой спинкой.

— Давайте после ужина? – предложила я, испугавшись, что резкий запах трав перебьёт нам обоим аппетит.

Мне и так предстояло непростое объяснение. Не хотелось бы расчихаться в самый неудачный момент.

— Хорошо, – легко согласился Ленбрау и сел на свой стул.

Я оглянулась. Иста покинула комнату. Мы с доктором остались одни. Сейчас самое удачное время, чтобы объяснить своё поведение.

— Идан… – начала я и вдруг поняла, что совершенно не представляю, какие слова подобрать.

Это оказалось ещё сложнее, чем я думала. Что бы сейчас ни сказала, всё равно буду выглядеть идиоткой, подглядывающей за мужиком в ванной. Или озабоченной.

Даже не знаю, что из этого хуже…

Поэтому я повторила:

— Идан, – всё ещё надеясь, что нужные слова придут сами.

Доктор выжидательно смотрел на меня, явно собираясь выслушивать мои неловкие объяснения.

Вот ведь гад! А притворялся джентльменом. Мог бы сделать вид, что ничего не заметил.

Меня спасли открывшиеся двери, в которые вошла Бабура. В руках она несла закрытую жаровню, обхватив горячие ручки белоснежным полотенцем. Ну конечно, для гостя – только всё самое лучшее и чистейшее.

Внутри жаровни что-то скворчало. Повариха поставила её на край стола, примерно на равном расстоянии от меня и Идана, а потом открыла крышку. По столовой поплыл аромат жареной курицы с картошкой.

Я не стала напоминать Бабуре её же слова, что кур она трогать не даст, иначе останемся и без яиц. Слишком аппетитным был запах. А я успела проголодаться.